Скажите, что вы хоть немножко любите меня! Скажите!
Пуаро посмотрел на лицо Арлены. На нем читалось выражение полного удовлетворения, более близкого к животному, чем к человеческому.
— Ну, конечно, дурачок, — ласково ответила она, — я люблю вас.
Вы же это прекрасно знаете!
Слушать дальнейший разговор Пуаро не стал и возобновил свой путь.
Вскоре его кто-то нагнал.
Это был капитан Маршалл.
— Прекрасный вечер, — сказал Маршалл, глядя на небо.
— Я думаю, что завтра будет отличная погода.
4
Утром 25-го августа небо было таким безоблачным и голубым, что даже самые ленивые лежебоки поторопились встать с кровати.
Часовая стрелка еще только-только подбиралась к цифре восемь, когда Линда, сидящая у туалетного столика, перестала читать и отложила в сторону маленький толстый томик в кожаном переплете. Она посмотрела на себя в зеркало и увидела плотно сжатые губы и неподвижные глаза.
— Это надо сделать, — прошептала она, — и я сделаю это !
Она сняла пижаму, надела купальник, набросила на плечи халат, сунула ноги в сандалии и вышла из своего номера.
Прямо от балкона, находящегося в конце коридора, начиналась лестница, ведущая к скалам.
Небольшие металлические ступеньки, вделанные прямо в камень, спускались к морю. Этот спуск был знаком всем обитателям «Веселого Роджера», предпочитающим для утреннего купания перед завтраком маленький пляж, который находился внизу, большому расположенному дальше.
Линда начала спускаться по лестнице и увидела поднимающегося ей навстречу отца.
— Ты уже встала? — спросил он.
— Идешь купаться?
Она кивнула головой.
Но, дойдя до скал, она свернула налево, чтобы попасть на маленькую тропинку, ведущую к дамбе, которая связывала остров с сушей.
Было время прилива, и дамбу залило водой. На волнах покачивалась лодка, предоставленная в распоряжение гостям «Веселого Роджера».
Лодочник еще не пришел, и Линда, прыгнув в лодку, сама отвязала ее и принялась грести.
Добравшись до берега, она поднялась по наклонной площадке перед въездом в гараж и, минуя его, вошла в магазинчик.
Хозяйка только что открыла ставни и теперь подметала пол.
— Вы сегодня поднялись рано, мисс, — сказала она, увидев Линду.
Девушка пошарила в кармане халата и достала из него деньги…
Вернувшись к себе в номер, Линда застала там Кристину Редферн.
— А, вот и вы! — воскликнула молодая женщина.
— Я так и думала, что вы еще не ушли завтракать!
— Нет еще, — подтвердила Линда. — Я просто ходила купаться.
Кристина заметила, что девушка держит в руках пакет.
— Разве почту уже принесли? — спросила она.
Линда покраснела и, как обычно, по неловкости, уронила пакет. Он упал на пол и раскрылся.
— Зачем это вы купили свечи? — удивилась Кристина.
К счастью для Линды, не дожидаясь ответа, она добавила:
— Я просто зашла узнать, не захотите ли вы пойти со мной сегодня утром на Чайкину скалу.
Я буду там делать зарисовки.
Линда с готовностью согласилась.
Ей уже не раз доводилось сопровождать Кристину в ее художественных вылазках.
Откровенно говоря Кристина была посредственной художницей, но девушка питала к ней дружеские чувства.
К тому же, погрузившись в свою работу, Кристина мало разговаривала.
Линда любила одиночество, но молчаливое присутствие этой спутницы было ей почему-то приятно.
Она не подозревала, что их связывала незримая нить взаимной симпатии, основанной на общей ненависти к одному и тому же лицу.
— В полдень я играю в теннис, — сказала Кристина, — так что нам лучше отправиться пораньше.
Пол-одиннадцатого вам подходит?
— Вполне, — ответила Линда.
— Я буду ждать вас в холле.
Когда, поздно позавтракав, Розамунда Дарнли вышла из столовой, на нее налетела Линда, бегом спускавшаяся по лестнице.
Линда извинилась.