Молодая миссис Редферн сняла свою резиновую шапочку и встряхнула головой.
У нее были прекрасные пепельные волосы и белая нежная кожа.
— Вы не находите, что среди всех этих коричневых тел она выглядит недожаренной, — пошутил майор Барри.
Завернувшись в свой длинный купальный халат, Кристина Редферн пересекла пляж и стала подниматься по лестнице, ведущей на террасу.
Это была красивая женщина с серьезным лицом, лишенным выразительности, и маленькими руками и ногами.
Она улыбнулась сидящим и, завязав пояс халата, пристроилась рядом с ними на песке.
— Да будет вам известно, моя дорогая, — сказала мисс Брустер, — что вы пользуетесь глубоким уважением месье Пуаро.
Он не любит тех, кто загорает.
Если я его правильно поняла, они похожи на выставленное в лавке мясо…
Кристина Редферн грустно улыбнулась.
Увы, мне бы хотелось принимать солнечные ванны, но к сожалению, я только обгораю.
Моя кожа покрывается волдырями и ожогами, а на руках выступают ужасные веснушки!
— Это не так страшно, как если бы на них выросли волосы.
Говорят, эта участь ждет малышку Айрин Гарднер, — сказала мисс Брустер и добавила в ответ на вопросительный взгляд Кристины: — Сегодня миссис Гарднер была в полной форме, с перманентом на самом высоком уровне.
«Не правда ли, Оделл?»
«Да, моя дорогая!..»
Я надеялась, что месье Пуаро разыгрывает ее, но он не захотел.
Почему вы ей не сказали, месье Пуаро, что приехали сюда расследовать какое-нибудь жуткое убийство и что автор его, чудовищный маньяк, является одним из постояльцев отеля?
— Я боялся, что она мне поверит, — ответил Пуаро.
— В этом можно быть уверенным, — заметил майор.
— Не слушайте их, — возразила Эмили Брустер. — Миссис Гарднер никогда бы этому не поверила.
В таких местах, как это, мертвых тел не находят.
Пуаро заерзал в своем кресле.
— Почему же? — спросил он.
— Почему на острове Контрабандистов нельзя, по вашим словам, найти мертвое тело?
— Не знаю, — ответила мисс Брустер.
— Мне кажется, что существуют места, более подходящие для подобного рода находок.
На мой взгляд, здесь… Она не договорила, не подыскав нужных слов, чтобы выразить свою мысль.
— Я вас понимаю, — сказал Пуаро, — это прелестный уголок.
Мирный пейзаж, сияющее солнце и синее море.
Но мисс Брустер, вы забываете о том, что под солнцем везде есть зло…
Пастор взглянул на Пуаро с интересом.
— Я это отлично знаю, — запротестовала мисс Брустер, — но все же…
— Все же вам кажется, что это место непригодно для совершения убийства.
Что ж, вы забываете принять во внимание одну вещь…
— Человеческую природу, конечно?
— Если вам будет угодно.
Она всегда входит в расчет.
Но я не это имел в виду.
Я хотел напомнить вам, что люди съехались сюда на отдых.
Эмили Брустер посмотрела на Пуаро с явным удивлением и призналась, что не улавливает смысла его слов.
Эркюль Пуаро улыбнулся ей и, подчеркивая указательным пальцем высказываемые им соображения, сказал:
— Допустим, у вас есть враг.
Если вы решили разделаться с ним в его квартире, рабочем кабинете или на улице, вам придется впоследствии дать отчет о своем присутствии, объяснить, почему вы там оказались.
Здесь же, на берегу моря, вам делать этого незачем!
Вы живете в «Веселом Роджере». Почему?
Да это же яснее ясного! Сейчас август, так? В августе, месяце отпусков, все едут на морское побережье.
Так что присутствие здесь вас, мистера Лейна, майора Барри, а также миссис Редферн и ее мужа вполне естественно и совершенно нормально.
В августе англичане едут к морю…
— Допустим, — согласилась мисс Брустер. — Это очень оригинальная точка зрения.