Агата Кристи Во весь экран Зло под солнцем (1941)

Приостановить аудио

— Я вижу, что наши с вами рассуждения шли параллельными путями.

Блатт часто выходит в море на своем паруснике.

Случается, что он приглашает кого-нибудь на прогулку, но большую часть времени он на паруснике один.

У него очень заметные красные паруса, но мы обнаружили у него на борту запасные белые паруса.

Я думаю, что в определенные дни он отправляется в условленное место, где он встречается с другим кораблем — парусником или пароходом, я не знаю — и таким образом получает свой товар.

После этого он направляется в бухту Гномов, стараясь попасть туда, когда там никого нет.

— Вы можете уточнить, — сказал, улыбаясь, Пуаро, — что это происходит примерно в пол-второго.

Это священное время обеда, и в этот час вся Англия сидит за столом.

Остров является частной собственностью.

Значит, нет никакого риска натолкнуться на любителей пикников.

Постояльцы отеля иногда бывают в бухте, но обычно это происходит после обеда, когда она освещена солнцем. Когда же они хотят пообедать на траве, они не остаются на острове, а отправляются на побережье, которое находится в нескольких милях отсюда…

— Я полностью разделяю ваше мнение, — отозвался Уэстон.

— Итак, Блатт причаливает в бухте и оставляет свой товар на том карнизе, который мы видели в гроте.

Кто-то из банды потом приходил за ним…

— Вы помните эту пару, которая зашла в отель пообедать в тот день, когда было совершено преступление? — спросил Пуаро.

— Я вполне могу представить себе этих людей в роли «сборщиков».

Они наверняка живут где-то неподалеку и приезжают на остров Контрабандистов из Сент-Лу или еще откуда-нибудь.

Они заходят в отель, чтобы предупредить, что они собираются там обедать, а перед этим отправляются на прогулку по острову.

Они спускаются в бухту, забирают коробку из-под бутербродов, кладут ее, например, в сумку дамы и возвращаются в отель обедать. Они, конечно, запаздывают и приходят, скажем, без десяти минут два… Но ведь им так понравилась прогулка, что они забыли посмотреть на часы, вот они и пришли, когда все уже сидят за столом!

— Все действительно могло именно так и происходить, — сказал Уэстон.

— Что касается остального, то нам известно, что в среде торговцев наркотиками шутить не любят.

Если кто-то случайно обнаруживает то, что знать не полагается, ему конец!

Это, по-видимому, и произошло с миссис Маршалл.

Очень может быть, что Блатт отправился в то утро в бухту с целью оставить там товар.

И вот на ялике приплывает Арлена и видит, как он входит в грот с пакетом в руке.

Она начинает задавать ему вопросы. И, чтобы она не проговорилась, он убивает ее, после чего уплывает на своем паруснике…

— Вы считаете, что убийца Блатт?

— Это единственная удовлетворяющая меня гипотеза.

Разумеется, не исключено и то, что Арлена уже была в курке махинаций Блатта, что она ему это сказала и что ее убил один из его сообщников, предварительно договорившись с ней о встрече под каким-то предлогом. Об этом надо подумать.

Поэтому я и хочу передать это дело моим коллегам из Скотланд Ярда.

У них намного больше возможностей установить связи Блатте с этой бандой…

Эркюль Пуаро молчал.

— Это разумное решение, не так ли? — спросил начальник полиции.

— Может быть, — задумчиво отозвался Пуаро.

Уэстон хорошо знал Пуаро. — Пуаро, — сказал он, — у вас есть что-то на уме!

— Даже если это так, мне это ничего не дает: я ничего не могу доказать.

— Я знаю, что у вас с Колгейтом другие взгляды на решение этой проблемы.

Они кажутся мне нереальными, хотя я и признаю, что доля истины в них есть.

Но будь хоть сто раз вы правы, это дело все же надо передать в Скотланд Ярд!

Ниточки от него тянутся слишком далеко, чтобы местная полиция могла справиться с ним.

Какого вы мнения на этот счет, Пуаро?

Пуаро казался глубоко погруженным в свои мысли. — Так что же следует делать?

— Я знаю, чего бы мне хотелось, — медленно произнес Пуаро.

— Чего же?

— Мне бы хотелось организовать пикник.

Уэстон изумленно посмотрел на него. Эркюль Пуаро улыбнулся…

12

— Пикник, мсье Пуаро? Да что вы такое придумали?

Эмили Брустер смотрела на Пуаро, словно спрашивая себя, не потерял ли он голову.

Ничуть не обидевшись, он стал защищать свою идею.