Это был самый подходящий момент, чтобы улизнуть. Алиса не стала терять времени и кинулась наутек; она бежала и бежала, пока не запыхалась окончательно, а главное, пока лай щенка не затих в отдалении...
- А все-таки какой прелестный был щеночек! - сказала Алиса, обмахиваясь листком лютика, к стеблю которого она прислонилась, чтобы отдохнул,,- как бы мне хотелось, чтобы он был мой!
Я бы с ним играла, учила его всяким фокусам, если бы... если бы только я стала, какая я была раньше!
Ой, мамочка, что же это я!
Чуть не забыла, что мне первым делом надо вырасти!
Как же это седлать?
Ага, конечно, надо что-то съесть или выпить, только вот самый главный вопрос - ЧТО?
Да, "что" - это действительно большой вопрос: сколько Алиса не озиралась кругом, она видела только траву и цветы, и ничего пригодного для еды или хотя бы для питья что-то не было заметно.
Рос, правда, неподалеку большой гриб, размером никак не меньше самой Алисы. Она и его осмотрела очень тщательно: и справа, и слева, и сзади, и даже заглянула ему пол шляпку, а потом подумала, что осматривать так осматривать, и надо посмотреть, пет ли чего-нибудь и на шляпке.
Алиса встала на цыпочки, вытянула шею и, заглянув через край, встретилась взглядом с большим синим червяком - гусеницей какой-то бабочки. Червяк сидел себе на шляпке сложа руки и преспокойно курил длинный кальян, не обращая ни малейшего внимания ни на Алису, ни на все окружающее. ??? Как ни странно Червяк действительно курит кальян - это такая трубка для курения табака, только дым там пропускают через кувшинчик с водой. Зачем это делаят, неизвестно. По правде говоря, вообще никому неизвестно, зачем Червяку (а тем более человеку!) курить...
ГЛАВА ПЯТАЯ,
в которой Червяк дает полезные советы
Червяк и Алиса довольно долго созерцали друг друга в молчании: наконец Червяк вынул изо рта чубук и сонно, медленно произнес:
- Кто - ты - такая?
Хуже этого вопроса для первого знакомства он ничего бы не мог придумать: Алиса сразу смутилась.
- Видите ли... видите ли, сэр, я... просто не знаю, кто я сейчас такая. Нет, я, конечно, примерно знаю, кто такая я была утром, когда встала, но с тех нор я все время то такая, то сякая - словом, какая-то не такая.- И она беспомощно замолчала.
- Выражайся яснее! - строго сказал Червяк.- Как тебя прикажешь понимать?
- Я сама себя не понимаю, сэр, потому что получается, что я - это не я! Видите, что получается?
- Не вижу! - отрезал Червяк.
- Простите меня, пожалуйста,- сказала Алиса очень вежливо,- но лучше я, наверное, не сумею объяснить. Во-первых, я сама никак ничего не пойму, а во-вторых, когда ты то большой, то маленький, то такой, то сякой, то этакий - все как-то путается, правда?
- Неправда! - ответил Червяк.
- Ну, может быть, с вами просто так еще не бывало,- сказала Алиса,- а вот когда вы сами так начнете превращаться - а вам обязательно придется, знаете? - сначала в куколку, потом в бабочку, вам тоже будет не но себе, да?
- Нет! - сказал Червяк.
- Ну, может быть, у вас это по-другому,- согласилась Алиса-- Зато вот мне ужасно не по себе...
- Тебе? - произнес Червяк презрительно.- А кто ты такая?
"Ну вот, здрасте, приехали! - подумала Алиса.
Правду говоря, она начала уже понемногу терять терпение.- Ну что это в самом деде, от него слова не допросишься",- думала она.
- По-моему, сначала ВЫ должны мне сказать, кто вы такой! - сказала она величественно и приосанилась.
- Почему? - отвечал Червяк.
Вопрос был для Алисы совершенно неожиданным, и так как она не сумела придумать никакого убедительного ответа, она решила, что, видно, Червяк просто очень не в духе, повернулась и пошла.
- Вернись! - крикнул Червяк ей вдогонку.- У меня есть для тебя важная новость!
Перед таким соблазном Алиса, естественно, не могла устоять и немедленно повернула обратно.
- Не надо выходить из себя! - сообщил Червяк.
- Это все? - спросила Алиса, чуть не поперхнувшись от негодования.
- Не все,- сказал Червяк.
"Ладно, так и быть,- подумала Алиса,- подожду. Делать мне все равно нечего, а может, он в конце концов скажет что-нибудь стоящее".
Червяк долго - минут пять! - молча попыхивал кальяном, но в конце концов действительно опять вынул изо рта чубук и сказал:
- Так ты думаешь, ты в кого-то превратилась?
- Боюсь, что так! - сказала Алиса.- Главное, все время делаюсь то маленькая, то большая, и ничего не могу вспомнить толком.
- Не можешь вспомнить чего? - спросил Червяк.
- Ничего! Даже стихов! - плачевным тоном сказала Алиса.- Я вон даже "Дети, в школу собирайтесь" хотела прочитать, а получилась какая-то чепуха!
- Прочти
"Вечер был, сверкали звезды",- предложил Червяк.- Очень трогательный стишок!
Алиса послушно встала в позу, сложила перед собой ручки и начала:
- Старикашка!- сынок обратился к отцу,- Голова твоя так поседела, Что стоять вверх ногами тебе не к лицу! Не пора ли бросать это дело? - В детстве я не рискнул бы,- ответил старик,- Вдруг да что-то стрясется с мозгами! Но теперь, убедившись, что риск невелик, Я люблю постоять вверх ногами! - Ты старик- молвил сын.- И, как все говорят,- Ты не тоньше бочонка для пива, Ты же крутишь по десять кульбитов подряд - Как по-твоему, это красиво? - В детстве, мальчик, я был, как волчок заводной: Приобрел я у старой чертовки Чудо-мазь для гимнастов "Тряхнем стариной". Хочешь банку? Отдам по дешевке! - Ты беззубый старик,- продолжал лоботряс,- Пробавлялся бы манною кашей! Ты же гуся (с костями!) съедаешь за раз! Что мне делать с подобным папашей? - С детства, мальчик, я стать адвокатом мечтал, Вел судебные споры с женою; И хотя я судейским, как видишь, не стал - Но зато стала челюсть стальною! - Ты старик!- крикнул сын.- Спорить станешь ты зря. Организм твой изношен и хрупок. А вчера ты подкидывал НОСОМ угря! Разве это приличный поступок? - Ты, мой сын,- покосился старик на сынка,- Хоть и молод - нахал и зануда! Есть вопрос у меня: Ты дождешься пинка - Или сам уберешься отсюда ?!
- Не то,- сказал Червяк.
- Да, кажется, не совсем те стихи,- смущенно сказала Алиса.- Некоторые слова перепутались!
- Все никуда не годится с самого начала до самого конца! - решительно подвел итоги Червяк, и наступило долгое молчание.
На этот раз Червяк заговорил первым.
- Так какого размера ты хочешь быть? - спросил он.