— А теперь, — сказал принц, — дайте мне алмаз.
Футляр был ему передан без единого возражения.
— Вы правильно поступили, — сказал Флоризель. — Сердце подсказало вам верный путь, и вы когда-нибудь с благодарностью припомните злоключения этого вечера.
Человек может заплутаться среди тысячи разных затруднений, мистер Скримджер, но если он прямодушен и ум у него ясный, он выйдет из них незапятнанным.
Будьте покойны: ваше дело в моих руках, и с помощью провидения у меня хватит сил привести его к благополучному концу.
Идемте к моему экипажу.
С этими словами принц поднялся и, оставив лакею золотую монету, вышел с молодым человеком из кафе и повел по бульвару туда, где его поджидали двое слуг без ливрей и простая двухместная карета.
— Этот экипаж, — сказал Флоризель, — в вашем распоряжении. Соберите, пожалуйста, как можно скорее свои вещи. Мои слуги свезут вас на одну виллу в окрестностях Парижа, где вы спокойно поживете, пока я буду устраивать вашу судьбу.
Там вы найдете прекрасный сад, книги лучших авторов, повара, погреб с винами и хорошие сигары, которые я рекомендую вашему вниманию.
Жером, — прибавил он, оборачиваясь к одному из слуг, — вы слышали, что я сказал? Оставляю мистера Скримджера на ваше попечение; я знаю, вы сумеете позаботиться о моем друге.
Френсис невнятно пробормотал слова признательности.
— Вы успеете поблагодарить меня, — сказал принц, — когда станете узаконенным сыном своего отца и мужем мисс Венделер.
Затем принц повернулся и не спеша направился в сторону Монмартра.
Он кликнул первый попавшийся фиакр, назвал адрес и через четверть часа, отпустив экипаж несколько ниже по улице, уже стучался у садовой калитки мистера Венделера.
Ему с необычайными предосторожностями самолично открыл диктатор.
— Кто это? — спросил он.
— Надеюсь, вы простите мне столь поздний визит, мистер Венделер, — сказал принц.
— Я всегда рад вашему высочеству, — ответил мистер Венделер, отступая назад.
Пользуясь тем, что путь свободен, принц, не дожидаясь хозяина, прошел прямо к дому и открыл дверь на веранду.
Там он застал мисс Венделер; глаза ее были заплаканы, и время от времени она судорожно всхлипывала. В джентльмене, сидевшем рядом с нею, принц узнал молодого человека, который около месяца тому назад в клубной курительной просил его совета в выборе литературы.
— Добрый вечер, мисс Венделер, — сказал Флоризель, — у вас усталый вид.
Мистер Роллз, если не ошибаюсь?
Надеюсь, изучение книг Габорио пошло вам на пользу.
Но молодой священник был так раздражен, что не мог говорить. Он ограничился сдержанным поклоном и продолжал сидеть, кусая себе губы.
— Какой счастливый ветер занес вас ко мне, ваше высочество? — спросил мистер Венделер, входя вслед за гостем.
— Я пришел по делу, — сухо ответил принц. — Как только мы его обсудим, я попрошу мистера Роллза прогуляться со мною… Мистер Роллз, — строго прибавил он, — разрешите напомнить вам, что я еще не садился.
Священник с извинениями вскочил на ноги. Тогда принц сел в кресло у стола, передал свою шляпу мистеру Венделеру, а трость мистеру Роллзу и, предоставляя им, словно лакеям, прислуживать себе, заговорил: — Я пришел, как уже сказал, по делу. Приди я сюда для удовольствия, мне были бы очень неприятны и ваш прием и еще больше ваше общество.
Сэр, — обратился он к мистеру Роллзу, — вы вели себя неучтиво со старшим по положению. Вы же, Венделер, встречаете меня улыбками, отлично зная, что ваши руки замараны бесчестными поступками.
Не перебивайте меня, — прибавил он повелительно, — я пришел сюда говорить, а не слушать и вынужден просить вас выслушать меня с уважением, а все мои требования выполнить неукоснительно.
В самый короткий срок ваша дочь должна обвенчаться в посольстве с моим другом Френсисом Скримджером, которого ваш брат открыто признает своим сыном.
Вы обяжете меня, выделив не меньше десяти тысяч фунтов приданого.
Вас самого я посылаю в Сиам — ждите от меня письменных распоряжений по существу важного дела, которое поручается вашим заботам.
А теперь, сэр, ответьте мне напрямик: принимаете ли вы мои требования?
— Простите меня, ваше высочество, — сказал Венделер, — и разрешите почтительнейше задать вам два вопроса.
— Разрешаю, — ответил принц.
— Ваше высочество, — продолжал свою речь диктатор, — вы назвали мистера Скримджера своим другом.
Если бы я только знал, что вы почтили его своей дружбой, поверьте, я отнесся бы к нему с должным уважением.
— Хитрый ход, — сказал принц, — но он вас не выручит.
Вы получили мои приказания; они остаются по-прежнему в силе, даже если бы я познакомился с этим джентльменом только сегодня.
— Вы, ваше высочество, уловили мою мысль со своей обычной проницательностью, — заявил Венделер.
— Далее: я, к сожалению, обратился в полицию для розыска мистера Скримджера по подозрению в краже. Взять мне обратно свое обвинение или настаивать на нем?
— Как вам угодно, — ответил Флоризель.
— Это дело вашей совести и законов этой страны.
Дайте мне шляпу, а вы, мистер Роллз, дайте мне трость и идите со мной.
Спокойной ночи, мисс Венделер.
— Обратившись к Венделеру, он добавил: — Считаю ваше молчание знаком безоговорочного согласия.
— Если мне не удастся ничего сделать, — ответил старик, — я подчинюсь. Но я открыто предупреждаю вас, что без борьбы не сдамся.
— Вы стары, — сказал принц, — но годами не скрасить порока.
В старости вы безумней иного юнца.
Не сердите меня, я могу оказаться суровей, чем вы думаете.