И он ответил (ведь так иногда бывало), что отец его работает в одной фирме агентом по распространению стиральных машин, а по воскресеньям проповедует религиозное обновление; это понравилось начальнику мальчишек, которые меньше всего были склонны к чинному и благочестивому образу жизни.
Может ли Клайд представить рекомендацию с места его теперешней службы?
Да, может.
Мистер Скуайрс принялся объяснять, что порядки в отеле очень строгие.
Многие мальчики, наблюдая жизнь отеля и соприкасаясь с чрезмерной, непривычной для них роскошью (Скуайрс, впрочем, говорил другими словами), теряют голову и сбиваются с пути.
Ему постоянно приходится увольнять мальчиков, которые, заработав немного лишних денег, начинают дурно себя вести.
Ему нужны мальчики услужливые, воспитанные, расторопные, учтивые.
Они должны быть опрятными, одеваться чисто и аккуратно; на работу каждый день должны являться без опозданий, минута в минуту, и в надлежащем виде.
А тот, кто вообразит, что, заработав немного денег, уже можно позволить себе дерзко отвечать или заводить интрижки и участвовать в ночных кутежах, а потом опаздывать на службу или являться утомленным, вялым и неповоротливым, - тот пусть не рассчитывает остаться здесь надолго.
Такого выставят в два счета.
Он, Скуайрс, не потерпит никаких глупостей.
Это надо усвоить теперь же, раз и навсегда.
Клайд кивал в знак согласия и время от времени вставлял с готовностью: "Да, сэр" или "Нет, сэр"; под конец он заверил мистера Скуайрса, что и подумать не может о том, чтобы столь неприлично себя вести, да и по своему характеру просто не способен на такие проступки, о которых говорит мистер Скуайрс.
Затем Скуайрс объяснил, что мальчики получают в отеле только пятнадцать долларов в месяц, а также стол (в подвальном этаже находится специальная столовая для служащих).
Но - и это сообщение было самым удивительным открытием для Клайда - каждый гость за любую услугу, - если мальчик принесет чемодан, или кувшин воды, или выполнит еще какое-нибудь поручение, - дает на чай, и порой довольно щедро: десять, пятнадцать, двадцать пять центов, иногда больше.
И эти чаевые составляют в среднем от четырех до шести долларов в день, не меньше, а иногда и больше, - огромные деньги, подумал Клайд.
Сердце его подпрыгнуло, он чуть не ахнул, услыхав о такой громадной сумме.
От четырех до шести долларов в день!
Да ведь это значит двадцать восемь или даже сорок два доллара в неделю!
От с трудом верил своим ушам.
И это сверх пятнадцати долларов в месяц и питания.
И, кроме того, сказал мистер Скуайрс, из жалованья ничего не удерживают за красивую форму, которую носят рассыльные в отеле.
Но ее можно носить только на работе.
Затем мистер Скуайрс объяснил, что по понедельникам, средам, пятницам и воскресеньям Клайд должен работать от шести утра до полудня и затем, после шестичасового перерыва, с шести вечера до полуночи; по вторникам, четвергам и субботам он будет занят только от полудня до шести; таким образом, у него будут свободными то вторая половина дня, то вечер; но завтракать и обедать он должен в свои свободные часы. Наконец, вместе с другими мальчиками, он обязан пунктуально, в форменной одежде являться на поверку, Скуайрс производит ее ровно за десять минут до начала каждой смены.
Мистер Скуайрс думал еще и о других вещах, но умолчал о них: он знал, найдутся люди, которые скажут за него.
А пока он продолжал что-то объяснять и вдруг, совершенно неожиданно для Клайда, слушавшего все это, как во сне, спросил:
- Полагаю, вы можете приступить к работе сейчас же?
- Да, сэр! Конечно, сэр! - ответил Клайд.
- Отлично!
Скуайрс поднялся и распахнул дверь.
- Оскар! - позвал он ближайшего из сидевших на скамье рассыльных, и к нему поспешно подошел рослый, плечистый юноша, затянутый в чистенькую форменную курточку.
- Отведите этого молодого человека - Клайд Грифитс, не так ли? - на двенадцатый, в гардеробную, чтобы Джекобс подобрал ему форменный костюм.
Если не найдется подходящего, пусть подгонит какой-нибудь к завтрашнему дню.
Но, я думаю, ему будет впору тот, что носил Силсби.
Затем, обращаясь к своему помощнику, глядевшему из-за конторки на Клайда, мистер Скуайрс пояснил:
- Беру его на пробу.
Пусть кто-нибудь из мальчиков натаскает его сегодня вечером или когда он там начнет.
Ступайте, Оскар, - сказал он юноше, которому поручил Клайда.
- Он новичок в этом деле, но, я думаю, справится, - прибавил мистер Скуайрс, снова обращаясь к помощнику, когда Клайд и Оскар направились к одному из лифтов.
И он пошел сказать, чтобы имя Клайда внесли в платежную ведомость.
Тем временем Клайд, идя на буксире за своим новым ментором, выслушивал ряд таких сведений, какие еще никогда не достигали его ушей.
- Тут нечего трусить, даже коли никогда и не работал в таком месте, начал" этот юнец. Как позже узнал Клайд, его звали Хегленд, он был родом из Джерси-Сити, штат Нью-Джерси, откуда и привез свой экзотический жаргон и размашистые жесты.
Он был высокий, крепкий, рыжеволосый, весь в веснушках, добродушный и болтливый.
Они вошли в лифт с надписью "для служащих".
- Это штуковина нетрудная, - продолжал спутник Клайда.
- Вот когда я впервой стал работать в Буффало, три года назад, - так ни бум-бум не смыслил.
Ты только гляди, что да как другие делают, понял?
Клайд, гораздо более образованный, чем его спутник, мысленно с неодобрением отмечал неправильности его произношения и жаргонные словечки, но был в эту минуту так благодарен за малейший знак внимания, что охотно простил бы своему благодушно настроенному наставнику все что угодно за его дружелюбие.
- Сперва гляди, кто что делает да как, тогда и сам навостришься.
Вот зазвонил звонок, а ты сидишь крайним на скамейке, стало быть, твой черед, - вскакивай и беги.