Гейбл передал газету Роберте, указав пальцем заметку. И Роберта прочитала:
"У мисс Ванды Стил (Гловерсвил) в пятницу состоялся танцевальный вечер, на котором присутствовали некоторые видные представители ликургского общества, в том числе мисс: Сондра Финчли, Бертина Крэнстон, Джил и Гертруда Трамбал и Перли Хайнс и мистеры: Клайд Грифитс, Фрэнк Гарриэт, Трейси Трамбал, Грэнт Крэнстон и Скотт Николсон.
Как всегда бывает на собраниях молодежи, танцы затянулись до поздней ночи, и гости из Ликурга выехали домой только на заре.
По слухам, то же общество собирается весело встретить Новый год у Эллерсли (Скенэктеди)". - Видно, он там важная особа, - заметил Гейбл, пока Роберта читала.
Прочитав эту заметку, Роберта прежде всего подумала, что описанная в ней вечеринка совсем не похожа на ту, где Клайд, по его словам, был со своими двоюродными сестрами.
Здесь вовсе не упоминалось о Майре и Белле Грифитс.
С другой стороны, здесь были названы все имена, которые она раньше очень часто слышала от Клайда: Сондра Финчли, Бертина Крэнстон, сестры Трамбал, Перли Хайнс; Клайд сказал ей, что вечер был неинтересный, а тут говорится, что было очень весело. Его называют в числе приглашенных на другую такую же вечеринку под Новый год, то есть в тот вечер, который она рассчитывала провести с ним, а он даже не сказал ей Об этом приглашении.
И, наверно, в последнюю минуту придумает какое-нибудь оправдание, как было в пятницу.
О, господи!
Что же все это значит?
И мгновенно рождество в семейном кругу утратило для Роберты всю свою романтическую прелесть.
Она спрашивала себя, действительно ли Клайд любит ее так, как говорит.
Отчаянное положение, в котором она оказалась из-за своей безрассудной страсти к Клайду, невыразимо ее мучило.
Если у нее не будет Клайда, не будет мужа, дома и детей и достойного места в окружающем скромном мирке, в котором она живет, - что тогда останется у нее в жизни?
И, кроме его любви к ней, - если она не угасла! - в чем найти поруку, что он в конце концов не бросит ее, раз он может вот так обманывать ее и оставлять одну?
Если так, что ждет ее впереди! Едва ли она сможет выйти замуж за кого-нибудь другого, и никакой уверенности в Клайде...
Она была не в силах говорить, и хотя Гейбл спросил у нее:
"Ведь это тот самый Грифитс?" - она, не отвечая, встала из-за стола.
- Простите, я на минутку, - сказала она.
- Мне нужно достать кое-что из чемодана, - и бросилась вверх по лестнице в бывшую свою комнату.
Здесь она села на кровать и оперлась подбородком на руки: ее привычная поза в минуты тревожного раздумья. Пристально, невидящими глазами она глядела в пол.
Где сейчас Клайд?
С какой именно из этих девушек он ездил к Стил?
Очень ли она ему нравится?
До этого дня Роберта была уверена в любви Клайда и вовсе не задумывалась над тем, что его внимание может привлечь какая-нибудь другая девушка.
Но теперь, теперь...
Она встала, подошла к окну и поглядела в сад, где еще подростком так часто трепетала пред красотою жизни.
Теперь все было мрачно и голо.
Тонкие обледенелые ветви деревьев, серые качающиеся прутья, кое-где одинокий дрожащий лист... и снег...
И жалкие полуразрушенные постройки...
И Клайд становится равнодушен к ней...
Внезапно она подумала, что ей нельзя здесь оставаться. Надо уехать как можно скорее, даже сегодня, если удастся.
Она должна вернуться в Ликург и быть вблизи Клайда хотя бы затем, чтобы напомнить ему о его прежней привязанности и самим своим присутствием удержать от сближения с другими девушками.
Неразумно было уехать вот так, да еще в праздничные дни.
В ее отсутствие он может совсем покинуть ее ради другой девушки, и если это случится, то не по ее ли собственной вине?
Она уже начала обдумывать, под каким предлогом можно вернуться в Ликург сегодня же, но сообразила, что теперь, накануне праздника, всем, и прежде всего матери, ее отъезд покажется необъяснимым и бессмысленным. И она решила, как и предполагала раньше, дотерпеть до завтрашнего вечера. Но больше никогда она не будет расставаться с Клайдом на такой долгий срок.
И в то же время она упорно думала о том, как убедиться, любит ли ее Клайд, будет ли он поддерживать ее и намерен ли на ней жениться?
И если он солгал ей, как добиться, чтобы он больше этого не делал?
Как заставить его почувствовать, что лжи не должно быть места между ними?
И прежде всего, как утвердиться в его сердце и вытеснить мечты, порожденные очарованием другой?
Как? 30
Но рождественский вечер, когда Роберта вернулась в Ликург, не принес ей ни встречи с Клайдом, ни хотя бы записки с объяснением.
Дело в том, что в семье Грифитсов произошло событие, которое очень заинтересовало бы и Клайда и Роберту, если бы они о нем узнали.
Та самая газетная заметка о танцах у Ванды Стил, которую прочитала Роберта, попала также на глаза Гилберту.
В воскресенье утром он сидел за завтраком и уже поднес к губам чашку кофе, как вдруг увидел эту заметку.
Зубы его внезапно щелкнули, как крышка закрываемых карманных часов. Вместо того чтобы выпить кофе, он отставил чашку и внимательно прочитал газетное сообщение.
За столом не было никого, кроме матери, и он, зная, что она, более чем кто-либо в семье, разделяет его мнение о Клайде, протянул ей газету.
- Посмотри, кто теперь делает успехи в обществе, - сказал он резко и язвительно, и во взгляде его отразились гнев и презрение.
- Скоро он появится и у нас!
- Кто? - спросила миссис Грифитс, беря газету; она спокойно прочла заметку; имя Клайда удивило ее, хотя она и постаралась этого не показать.