Драйзер Теодор Во весь экран Американская трагедия (1925)

Приостановить аудио

Правда, до семьи Грифитс доходили слухи о том, что Сондра подвезла как-то Клайда в своем автомобиле, а затем - что он был приглашен на обед к Трамбалам, но заметка в светской хронике - это совсем другое дело.

- Не представляю, кто мог пригласить его туда? - задумчиво сказала миссис Грифитс: она хорошо понимала, как относится ко всему этому сын.

- Конечно, эта кривляка и болтушка Финчли, кто же еще, - фыркнул Гилберт.

- Она вообразила почему-то, - наверно, под влиянием Беллы, будто мы недостаточно внимательны к нему, и сочла, что это остроумный способ отплатить мне за все, в чем я перед ней провинился. То есть это она полагает, будто я провинился перед ней.

Во всяком случае, она считает, что я ее не люблю. И в самом деле не люблю.

Белла тоже это знает.

И, наверно, тут не обошлось без этой выскочки Крэнстон.

Она и Сондра неразлучны с Беллой.

Они чересчур зазнаются и швыряют деньгами - и эти девицы, и их братья тоже - Грэнт Крэнстон и Стюарт Финчли, - словом, вся эта компания. Я готов держать пари, что не сегодня-завтра кто-нибудь из них плохо кончит.

Попомни мое слово!

Все они ничего не делают, круглый год только играют, танцуют, разъезжают туда и сюда, как будто на свете нет других занятий.

Не могу понять, почему вы с отцом позволяете Белле проводить столько времени в этой компании!

Тут мать запротестовала.

Она не может запретить Белле знакомство с одной половиной здешнего общества и заставить ее сблизиться с другой половиной.

В светских кругах Ликурга все связаны между собой и постоянно встречаются. Белла уже становится взрослой и может поступать по-своему.

Но оправдания матери нисколько не уменьшили враждебности Гилберта, которого возмущало, что Клайд стремится проникнуть в общество и, судя по заметке, получает для этого кое-какие возможности.

Несносно!

Этот жалкий нищий двоюродный брат уже нанес ему непростительное оскорбление, во-первых, тем, что осмелился быть похожим на него, Гилберта, во-вторых, тем, что явился сюда, в Ликург, и вторгся в их благородное семейство.

И ведь Гилберт с самого начала ясно показал этому Клайду, что не желает его знать и, будь его, Гилберта, воля, ни минуты не потерпел бы присутствия такого братца!

- У него нет ни гроша, - с раздражением заявил в конце концов Гилберт, - а он изо всех сил старается пролезть в общество.

И чего ради?

Если даже эта публика свела с ним знакомство - что дальше?

Все равно он не может бывать с ними и вести такой образ жизни, как они: у него нет для этого средств, и ему негде их взять, а кто станет платить за него?

И даже если бы он мог достать деньги, работа на фабрике все равно не позволит ему вращаться в этой компании. Не знаю, как он может сочетать свою работу со всеми этими развлечениями.

Ведь эти молодые люди непрерывно разъезжают. В сущности Гилберта интересовало, будут ли теперь всюду принимать Клайда и, если так, что делать?

Как Гилберту и всей семье избежать необходимости оказывать внимание Клайду, если тот войдет в общество?

Ведь по всему видно, что отец не намерен отослать его прочь.

После этого разговора, когда пришел к завтраку муж, миссис Грифитс показала ему газету и изложила точку зрения Гилберта на происходящее.

Но Сэмюэл Грифитс, по-прежнему сохранявший симпатию к Клайду, не склонен был разделять мнение сына.

Наоборот, он, казалось, полагал, что газетная заметка лишь подтверждает ту оценку, которую он дал Клайду с самого начала.

- Должен сказать, - начал он, выслушав жену, - я не вижу ничего плохого в том, что Клайд появляется на вечерах то тут, то там и что его приглашают, хотя у него и нет денег.

С этим можно только поздравить и его и нас.

Я знаю, как относится к нему Гил.

Но, на мой взгляд, Клайд несколько лучше, чем кажется Гилу.

Во всяком случае, я не могу и не хочу ничего по этому поводу предпринимать.

Я выписал его сюда, и самое меньшее, что я могу сделать, - это дать ему случай выдвинуться.

Работает он, по-видимому, хорошо.

Да и как бы это выглядело, если б я поступил иначе?

И когда жена передала ему еще несколько замечаний Гилберта, Сэмюэл прибавил:

- Безусловно, я предпочитаю, чтобы он поддерживал знакомство с лучшими, а не с худшими людьми.

Он хорошо одет, вежлив и, судя по всему, что я слышал на фабрике, недурно справляется с работой.

И, уж конечно, следовало послушать меня и пригласить его летом к нам на дачу, хотя бы на несколько дней.

Если мы ничего не предпримем в самое ближайшее время, выйдет, как будто мы просто из снобизма не желаем с ним знаться, а ведь другие находят возможным принимать его у себя.

Мой совет - пригласи его к нам на рождество или на Новый год. Надо показать, что мы относимся к нему не хуже, чем наши друзья.

- Пусть меня повесят! - воскликнул Гилберт, когда мать передала ему решение отца.

- Ну ладно, но не думайте, что я стану с ним любезничать!

Удивительное дело: если отец такого высокого мнения о нем, почему он не даст ему на фабрике места получше?

Возможно, что все эти разговоры Ни к чему бы не привели, если бы не Белла: она в этот день вернулась из Олбани, поговорила по телефону с Сондрой и Бертиной, потом встретилась с ними и узнала все новости, связанные с Клайдом.

Ей сообщили также, что он должен сопровождать их под Новый год к Эллерсли в Скенэктеди, - Белла была приглашена туда задолго до того, как они подумали о Клайде.

Услыхав от Беллы эту неожиданную и многозначительную новость, супруги Грифитс вопреки настроениям Гилберта решили примириться с обстоятельствами и пригласить Клайда в первый день рождества на обед - большое торжество со множеством гостей.