- Она весила всего сто фунтов, так? - в лихорадочном возбуждении продолжал Мейсон.
- Пожалуй, да.
- А вы? Сколько вы весили в то время?
- Сто сорок или около того, - ответил Клайд.
- И мужчина, который весит сто сорок фунтов, - язвительно произнес Мейсон, обращаясь к присяжным, - боится приблизиться к слабой, больной, маленькой и легонькой девушке, когда она тонет, из страха, как бы она не уцепилась за него и не затащила под воду!
Да еще когда в пятнадцати или двадцати футах от него - прекрасная лодка, достаточно крепкая, чтобы выдержать трех или четырех человек!
Что это, по-вашему?
И, чтобы подчеркнуть сказанное и дать ему глубже проникнуть в сознание слушателей, Мейсон умолк, вытащил из кармана большой белый платок и вытер шею, лицо и руки, совершенно мокрые от душевного и физического напряжения. Потом обернулся к Бэртону Бэрлею:
- Можете распорядиться, чтобы лодку убрали отсюда, Бэртон.
Во всяком случае, пока она нам больше не нужна.
И четверо помощников сейчас же унесли лодку.
Тогда, вновь овладев собой, Мейсон опять обратился к Клайду.
- Грифитс, - начал он, - вам, конечно, хорошо известно, какого цвета были волосы Роберты Олден и каковы они были на ощупь, - так?
Ведь вы были достаточно близки с нею, чтобы это знать?
- Я знаю, какого они цвета... мне кажется, знаю, - вздрогнув, ответил Клайд. Казалось, и постороннему взгляду был заметен охвативший его при этом озноб.
- И каковы они на ощупь, тоже знаете, да? - настаивал Мейсон.
- В дни вашей большой любви к ней, до появления мисс X, вы, должно быть, нередко дотрагивались до них?
- Не знаю, не уверен, - ответил Клайд, перехватив взгляд Джефсона.
- Ну, а приблизительно?
Должны же вы знать, были они грубые, жесткие или тонкие, шелковистые.
Это вы знаете, верно?
- Да, они были шелковистые.
- Так вот, у меня есть прядь ее волос, - заявил Мейсон больше для того, чтобы измотать Клайда, поиграть на его нервах. Он взял со стола конверт и извлек из него длинную прядь светло-каштановых волос.
- Похоже это на ее волосы?
И он протянул их Клайду. Потрясенный и испуганный, Клайд отшатнулся, словно от чего-то нечистого или опасного, но уже в следующее мгновение постарался овладеть собой, и все это не ускользнуло от зорких глаз присяжных.
- Полно, не пугайтесь, - язвительно успокоил его Мейсон.
- Ведь это всего лишь локон вашей покойной возлюбленной.
Потрясенный этим пояснением, ощущая на себе любопытные взгляды присяжных, Клайд протянул руку и взял волосы.
- По виду и на ощупь похоже на ее волосы, верно? - настаивал Мейсон.
- Да, как будто похоже, - нетвердым голосом ответил Клайд.
- А теперь вот что... - Мейсон шагнул к столу и тотчас вернулся к Клайду, протягивая ему фотографический аппарат: между крышкой и объективом аппарата запутались сунутые туда в свое время Бэрлеем два волоска Роберты.
- Держите-ка.
Это ваш аппарат, хоть вы и клялись в обратном. Взгляните на эти два волоска.
Видите?
- Он так сунул аппарат в лицо Клайду, словно хотел его ударить.
- Они зацепились здесь, надо думать, в ту минуту, когда вы ударили ее - ударили так легко, что разбили ей лицо.
Так вот, не можете ли вы сказать присяжным, ее это волосы или нет?
- Я не знаю, - еле слышно выговорил Клайд.
- Что такое?
Говорите громче.
Не будьте таким нравственным и умственным трусом!
Ее это волосы или нет?
- Не знаю, - повторил Клайд, но при этом даже не взглянул на них.
- Посмотрите на них, посмотрите!
Сравните с этой прядью.
Нам известно, что это прядь волос мисс Олден.
А вам известно, что и волосы в аппарате тоже ее, так?
Можете не брезговать ими.
Пока она была жива, вы достаточно часто их касались.
Теперь она мертва.