Его так мучило любопытство, что он решил подождать, пока не уйдет мать, а потом повидаться с Эстой.
Ему так хотелось снова увидеть ее и узнать, что тут за тайна...
Он ждал и думал о том, как он всегда любил Эсту и как странно, что она так таинственно прячется здесь.
Час спустя мать вышла из дому; ее корзинка, по-видимому, была пуста, она совсем легко держала ее в руке.
И точно так же, как раньше, она осторожно оглянулась, и на лице ее застыло прежнее упрямое и все же озабоченное выражение: смесь упорной веры и тревожного сомнения.
Клайд видел, как она пошла по направлению к миссии, и провожал ее глазами, пока она не скрылась из виду.
Тогда он повернулся и вошел в дом.
Как он и думал, это были меблированные комнаты: на многих дверях виднелись таблички с фамилиями жильцов.
Клайд заранее рассчитал, где находится комната Эсты, и теперь прямо прошел к ее двери и постучал.
Изнутри послышались легкие шаги, и после минутной задержки, - очевидно, были необходимы какие-то поспешные приготовления, - дверь приоткрылась и выглянула Эста.
В первую секунду она недоверчиво смотрела на Клайда, потом вскрикнула от удивления и немного смутилась; настороженность исчезла: Эста поняла, что перед нею в самом деле Клайд, и распахнула дверь.
- Клайд, ты?
Как ты отыскал меня?
А я только что о тебе думала!
Клайд обнял ее и поцеловал.
Он тут же с неудовольствием и огорчением заметил, что она сильно изменилась: похудела, побледнела, глаза ввалились, а одета ничуть не лучше, чем перед бегством.
Она явно была чем-то взволнована и удручена.
Клайд спрашивал себя, где же ее муж?
Почему его здесь нет?
Куда он девался?
Клайд видел, что Эста рада свиданию с ним, но вместе с тем уловил в ее взгляде смущение и неуверенность.
Губы ее приоткрылись, готовые улыбнуться ему и вымолвить слова привета, но по глазам было видно, что она старается решить какую-то нелегкую задачу.
- Я не ожидала, что ты придешь, - прибавила она быстро, когда он выпустил ее из объятий.
- Ты не видел... - Она остановилась на полуслове, явно боясь проговориться.
- Да, конечно, я видел маму, - сказал он.
- Поэтому я и узнал, что ты здесь.
Я видел, как она вышла только что, и потом увидел тебя в окне (он не признался, что проследил, как мать пришла сюда, и подстерегал ее около часу).
Но когда же ты вернулась? - продолжал он.
- Почему ты никому из нас не давала о себе знать?
Смотри, это просто значит задирать нос: исчезла на столько времени и никому ни звука!
Все-таки ты могла бы написать мне два слова.
Мы ведь всегда отлично ладили, правда?
Он смотрел весело, пытливо и настойчиво.
Сестра старалась уклониться от ответа и не знала, что ей думать и что говорить.
Наконец она сказала:
- А я не могла понять, кто это стучит.
У меня здесь никто не бывает.
Но как ты мило выглядишь, Клайд!
У тебя прекрасный костюм.
И ты очень вырос.
Мама сказала мне, что ты работаешь в отеле "Грин-Дэвидсон".
Она с восхищением смотрела на него, и Клайд был очень тронут.
Но в то же время он продолжал думать о ее состоянии.
Он упорно разглядывал ее лицо, глаза, похудевшую фигуру и, взглянув еще раз на ее талию и осунувшееся лицо, понял, что с нею неладно.
Она ожидает ребенка.
И вновь подумал: где же ее муж, тот человек, с которым она сбежала?
В своей первой записке она сообщала, по словам матери, что выходит замуж.
Однако теперь он ясно понимал, что замуж она не вышла.
Она покинута, брошена в этой жалкой комнате, одинока.
Он видел это, чувствовал, понимал.