Однажды, вскоре после того как Клайд нашел сестру, Гортензия проходила в обеденный час по Балтимор-стрит, недалеко от того места, где ее пересекает Пятнадцатая улица и где находятся лучшие в Канзас-Сити магазины. С ней была Дорис Трайн, продавщица из того же универсального магазина, где служила и она. В окне небольшого и не первоклассного магазина меховых вещей Гортензия увидела жакет из недорогого бобра. Она сразу решила, что эта вещь, идеально подходящая к ее фигуре и цвету лица, совершенно необходима для обогащения ее весьма скромного гардероба.
Это был не такой уж дорогой жакет - возможно, около ста долларов, но зато именно такого фасона, который давал ей основание полагать, что он наилучшим образом подчеркнет все достоинства ее наружности.
Взволнованная этой мыслью, она остановилась и воскликнула:
- Ну что за прелестный жакетик!
Я никогда не видела ничего прелестнее! Нет, ты только посмотри на рукава, Дорис!
- Она стиснула руку подруги.
Смотри, какой воротник!
А подкладка!
А карманы!
Ах, боже мой!
- Она даже слегка дрожала От волнения и восторга.
- Он такой прелестный, что я и сказать не могу.
Ну точно о таком жакете я мечтаю уж не знаю сколько времени.
Ах ты, моя прелесть! - воскликнула она с нежностью, думая При этом столько же о том, как она выглядит в этой позе перед витриной и какое впечатление производит на прохожих, сколько и о самом жакете.
- Вот бы мне такой жакет!
Она в восхищении всплеснула руками. Немолодой сын владельца магазина, Айсидор Рубинстайн, стоявший в эту минуту так, что она не могла его видеть, все это заметил и решил, что, если восторженная девица справится о цене жакета, можно будет набавить двадцать пять - пятьдесят долларов лишних.
В магазине жакет был оценен в сто долларов.
"Так, так", - бормотал он.
Но это был человек чувственный, склонный к романтике, а потому он стал размышлять о том, какой же может быть, мягко выражаясь, практическая стоимость этого жакета.
На что способна пойти понуждаемая бедностью и тщеславием эта хорошенькая девушка, лишь бы получить такую обновку?
А тем временем Гортензия пожирала глазами жакет и потратила на это весь обеденный перерыв; потом пошла дальше, упиваясь честолюбивыми мечтами о том, как неотразима была бы она в таком наряде.
Но она не зашла в магазин спросить о цене.
Поэтому на следующий день, чувствуя, что должна еще раз взглянуть на жакет, она снова пришла сюда, на этот раз одна; у нее и в мыслях не было, что она сама его купит.
Она только спрашивала себя, как бы добыть эту вещь, если цена окажется не очень высокой, и пока не могла ничего придумать.
Но снова увидев в окне жакет, а также и мистера Рубинстайна-младшего, который смотрел на нее с самым любезным и добродушным видом, она рискнула войти.
- Вам понравился этот жакет, правда? - любезно спросил Рубинстайн, как только она открыла дверь.
- Ну, значит, у вас хороший вкус.
Это одна из самых благородных вещей, какие только бывали в нашем магазине.
Что за красота!
А как он будет выглядеть на такой хорошенькой девушке!
- Он снял жакет с выставки и высоко поднял его.
- Я видел вас вчера, когда вы стояли у витрины.
Глаза его блеснули жадным восхищением.
Заметив это. Гортензия почувствовала, что сдержанностью, но не суровостью она добьется большего уважения и любезности, чем непринужденностью.
- Да? - только и ответила она.
- Да, конечно.
Я сразу сказал себе: "Вот девушка, которая знает толк в вещах".
От этой лести Гортензия невольно смягчилась.
- Посмотрите-ка, посмотрите! - продолжал коммерсант, вертя перед нею шубку.
- Где в Канзас-Сити вы найдете сейчас что-нибудь подобное?
Взгляните на эту подкладку! Настоящий меллинсоновский шелк! А косые карманы!
А пуговицы!
Вы думаете, все эти мелочи не имеют значения?
Другого такого жакета нет в Канзас-Сити.
И не будет.
Мы сами придумали этот фасон, и мы никогда не копируем наших моделей.
Мы охраняем интересы наших покупательниц.
Но пройдите сюда, прошу вас! - Он подвел ее к тройному зеркалу в глубине магазина.
- Такой жакет должна носить красивая женщина, - вот тогда он будет выглядеть всего эффектнее.
Позвольте примерить!