Надо сказать правду: Клайд по своему характеру неспособен был когда-либо стать вполне взрослым человеком.
Ему недоставало ясности мышления и внутренней целеустремленности - качеств, которые присущи большинству людей и позволяют им среди всех дорог и возможностей в жизни выбрать для себя самую подходящую. 4
Однако сам Клайд объяснял все свои жизненные неудачи тем, что ему не хватало образования.
Когда он был мальчиком, непрерывные переезды семьи из города в город помешали ему учиться, накопить достаточно практических знаний в какой-либо области, чтобы он тоже мог стать членом высшего общества, к которому принадлежали все эти люди - посетители "Юнион клуба".
А между тем он всей душой стремился быть в их числе.
Эти джентльмены жили в прекрасных домах, останавливались в роскошных отелях, и люди вроде Скуайрса или здешнего начальника рассыльных служили им и заботились об их удобствах.
А он, Клайд, всего только рассыльный.
И ведь ему уже двадцать первый год!
Порою это его очень огорчало.
Он все время мечтал найти какую-то другую работу, на которой он мог бы выдвинуться и сделать карьеру. Не оставаться же ему всю жизнь рассыльным! - мысль о такой возможности немало пугала его в иные минуты.
Придя к такому заключению, он стал размышлять, как бы ему обеспечить свое будущее, и в это время в Чикаго приехал его дядя Сэмюэл Грифитс.
У него были здесь связи и знакомства, ему любезно предложили карточку в клуб, и он поселился здесь и в течение нескольких дней встречался со множеством людей, приходивших побеседовать с ним, или разъезжал по городу, занятый переговорами с различными людьми и фирмами, которые он считал нужным посетить.
Не прошло и часа после его приезда, как Ретерер, ведавший записью прибывших и только что записавший на доске в вестибюле фамилию "Грифитс", подозвал Клайда.
- Послушай, ты, кажется, говорил, что у тебя есть какой-то дядя или родственник по фамилии Грифитс, фабрикант воротничков где-то в штате Нью-Йорк?
- Конечно, - ответил Клайд, - Сэмюэл Грифитс.
У него большая фабрика воротничков в Ликурге.
Это его объявления печатаются во всех газетах. Ты, наверно, видел его светящуюся рекламу на Мичиган-авеню.
- А ты его узнаешь, если встретишь?
- Нет, я его никогда в жизни не видел.
- Пари держу, что это он и есть, - сказал Ретерер, рассматривая маленький регистрационный листок.
- Вот погляди: "Сэмюэл Грифитс, Ликург, штат Нью-Йорк".
Он самый, верно?
- Наверняка! - подтвердил Клайд, очень заинтересованный и даже взволнованный, потому что с этим самым дядей ему уже давно хотелось встретиться.
- Он только что прошел наверх, - продолжал Ретерер.
- Дэвид понес его чемоданы.
Шикарный мужчина.
Ты гляди в оба, не прозевай его, когда он опять спустится сюда.
Может, это и впрямь твой дядюшка.
Он среднего роста, довольно худой, седые усики и светло-серая шляпа.
Симпатичный малый.
Я тебе его покажу.
Если это правда твой дядя, ты уж постарайся ему понравиться.
Может, он что-нибудь сделает для племянника... подарит пару воротничков, - прибавил он со смехом.
Клайд тоже засмеялся, как будто оценив удачную шутку, но втайне он был очень взволнован.
Дядя Сэмюэл здесь, в клубе!
Вот удобный случай познакомиться.
Клайд ведь собирался написать ему еще до того, как стал здесь работать, а теперь дядя сам приехал сюда, и с ним можно поговорить.
Но стоп!
Что дядя подумает о нем, если Клайд осмелится с ним заговорить?
Как он отнесется к племяннику, который служит в этом клубе всего лишь рассыльным?
И как вообще относится дядя к юношам, которые работают в качестве рассыльных, да еще если они в возрасте Клайда?
Ведь ему уже двадцать первый год! Многовато для "мальчика на посылках", если только он не собирается оставаться в этой роли всю жизнь.
Такой богатый и высокопоставленный человек, как Сэмюэл Грифитс, может счесть должность рассыльного унизительной, особенно, если рассыльный окажется его родственником.
Весьма вероятно, что он не пожелает иметь с таким родственником ничего общего, не захочет даже разговаривать с ним...
Целые сутки Клайд провел во власти этих сомнений.
Однако на следующий день Клайд успел увидеть дядю раз шесть, и тот произвел на него самое приятное впечатление: живой, подвижный, деловитый, он нисколько не походил на своего брата - отца Клайда, и притом он был так богат и все относились к нему с таким уважением... И минутами Клайд не без страха спрашивал себя - неужели же упустить такой случай?
В конце концов, дядя вовсе не кажется недобрым человеком, как раз наоборот, - у него очень приветливый вид...
Когда Клайд, по совету Ретерера, отправился в комнату дяди за письмом, которое нужно было отправить с нарочным, дядя почти не взглянул на него, вместе с письмом вручил ему полдоллара.
- Проследите, чтобы рассыльный немедленно отнес письмо, а деньги возьмите себе, - сказал он.
Волнение Клайда было в эту минуту так велико, что он удивился, как дядя не угадал в нем своего племянника...