Ты зачем пришел? -- спросила Долли. -- Что там делается?
И в тоне этого вопроса Левин слышал, что ему легко будет сказать то, что он был намерен сказать.
-- Я не был там, я был один в саду с Кити.
Мы поссорились второй раз с тех пор, как... Стива приехал.
Долли смотрела на него умными, понимающими глазами.
-- Ну скажи, руку на сердце, был ли... не в Кити, а в этом господине такой тон, который может быть неприятен, не неприятен, но ужасен, оскорбителен для мужа?
-- То есть как тебе сказать...
Стой, стой в углу! -- обратилась она к Маше, которая, увидав чуть заметную улыбку на лице матери, повернулась было. -- Светское мнение было бы то, что он ведет себя, как ведут себя все молодые люди. Il fait la cour a une jeune et jolie femme, а муж светский должен быть только польщен этим.
-- Да, да, -- мрачно сказал Левин, -- но ты заметила?
-- Не только я, но Стива заметил.
Он прямо после чая мне сказал: je crois que Весловский fait un petit brin de cour a Кити.
-- Ну и прекрасно, теперь я спокоен.
Я прогоню его, -- сказал Левин.
-- Что ты, с ума сошел? -- с ужасом вскрикнула Долли. -- Что ты, Костя, опомнись! -- смеясь, сказала она. -- Ну, можешь идти теперь к Фанни, -- сказала она Маше. -- Нет, уж если хочешь ты, то я скажу Стиве.
Он увезет его.
Можно сказать, что ты ждешь гостей.
Вообще он нам не к дому.
-- Нет, нет, я сам.
-- Но ты поссоришься?..
-- Нисколько.
Мне так это весело будет, -- действительно весело блестя глазами, сказал Левин. -- Ну, прости ее, Долли! Она не будет, -- сказал он про маленькую преступницу, которая не шла к Фанни и нерешительно стояла против матери, исподлобья ожидая и ища ее взгляда.
Мать взглянула на нее.
Девочка разрыдалась, зарылась лицом в коленях матери, и Долли положила ей на голову свою худую нежную руку.
"И что общего между нами и им?" -- подумал Левин и пошел отыскивать Весловского.
Проходя через переднюю, он велел закладывать коляску, чтобы ехать на станцию.
-- Вчера рессора сломалась, -- отвечал лакей.
-- Ну так тарантас, но скорее.
Где гость?
-- Они пошли в свою комнату.
Левин застал Васеньку в то время, как тот, разобрав свои вещи из чемодана и разложив новые романсы, примеривал краги, чтоб ездить верхом.
Было ли в лице Левина что-нибудь особенное, из сам Васенька почувствовал, что ce petit brin de cour, который он затеял, был неуместен в этой семье, но он был несколько (сколько может быть светский человек) смущен входом Левина.
-- Вы в крагах верхом ездите?
-- Да, это гораздо чище, -- сказал Васенька, ставя жирную ногу на стул, застегивая нижний крючок и весело, добродушно улыбаясь.
Он был несомненно добрый малый, и Левину жалко стало его и совестно за себя, хозяина дома, когда он подметил робость во взгляде Васеньки.
Н а столе лежал обломок палки, которую они нынче утром вместе сломали на гимнастике, пробуя поднять забухшие барры.
Левин взял в руки этот обломок и начал обламывать расщепившийся конец, не зная, как начать.
-- Я хотел... -- Он замолчал было, но вдруг, вспомнив Кити и все, что было, решительно глядя ему в глаза, сказал:-- я велел вам закладывать лошадей.
-- То есть как? -- начал с удивлением Васенька. -- Куда же ехать?
-- Вам, на железную дорогу, -- мрачно сказал Левин, щипля конец палки.
-- Вы уезжаете или что-нибудь случилось?
-- Случилось, что я жду гостей, -- сказал Левин, быстрее и быстрее обламывая сильными пальцами концы расщепившейся палки. -- И не жду гостей, и ничего не случилось, но я прошу вас уехать.
Вы можете объяснить как хотите мою неучтивость.
Васенька выпрямился.
-- Я прошу вас объяснить мне... -- с достоинством сказал он, поняв наконец.
-- Я не могу вам объяснить, -- тихо и медленно, стараясь скрыть дрожание своих скул, заговорил Левин. -- И лучше вам не спрашивать.
И так как расщепившиеся концы были уже все отломаны, Левин зацепился пальцами за толстые концы, разодрал палку и старательно поймал падавший конец.
Вероятно, вид этих напряженных рук, тех самых мускулов, которые он нынче утром ощупывал на гимнастике, и блестящих глаз, тихого голоса и дрожащих скул убедили Васеньку больше слов.
Он, пожав плечами и презрительно улыбнувшись, поклонился.
-- Нельзя ли мне видеть Облонского?
Пожатие плеч и улыбка не раздражили Левина.