— Ура! Блайт — медалист!
На мгновение Аня ощутила острую боль поражения и разочарования.
Итак, она проиграла. Победил Гилберт!
Да… Мэтью расстроится… он был так уверен в ее успехе.
И вдруг!
Кто-то закричал:
— Троекратное ура в честь мисс Ширли, стипендиатки Авери!
— Ах, Аня! — задыхаясь от волнения, воскликнула Джейн, когда они добрались до женской раздевалки среди громогласных приветственных криков.
— Ах, Аня, я так тобой горжусь!
Замечательно!
Затем их окружили девочки, и Аня оказалась в центре веселой группы поздравляющих.
Ее похлопывали по плечу, ей пожимали руки, ее тянули, толкали и обнимали, и среди всего этого она успела шепнуть Джейн:
— Ах, как будут рады Мэтью и Марилла!
Я должна сейчас же написать домой.
Вручение дипломов и наград стало следующим важным событием.
Проходило оно в большом актовом зале семинарии.
Здесь произносили речи, читали лучшие работы, пели песни, вручали дипломы, призы, медали.
Были в зале и Мэтью с Мариллой, которые слышали и видели лишь одну выпускницу на сцене — высокую девушку в бледно-зеленом платье, с чуть раскрасневшимися щеками и сияющими, как звезды, глазами, которая прочитала лучшее сочинение. В публике на нее указывали и шептали, что это она получила стипендию Авери.
— Признайся, Марилла, ты рада, что мы оставили ее у себя? — шепнул Мэтью, когда Аня кончила читать свое сочинение. Это были первые его слова с того момента, как он вошел в зал.
— Да я уже не первый раз этому рада, — отвечала Марилла.
— Как ты любишь напоминать о чужих ошибках, Мэтью!
Мисс Барри, сидевшая позади них, наклонилась вперед и коснулась зонтиком плеча Мариллы.
— Вы гордитесь девочкой Аней?
Я очень горжусь! — сказала она.
В тот же вечер Аня вернулась в Авонлею вместе с Мэтью и Мариллой.
Она не была дома с апреля и чувствовала, что не может ждать больше ни дня.
Яблони стояли в цвету, и весь мир был свежим и юным.
Диана ожидала ее в Зеленых Мезонинах.
В своей белой комнатке, где Марилла поставила на подоконник цветущую комнатную розу, Аня оглянулась вокруг и вздохнула со счастливым чувством:
— Ах, Диана, так хорошо снова быть дома!
Так мило увидеть эти островерхие ели на фоне розового неба… и белый сад, и старую Снежную Королеву!
Как чудесно пахнет мятой!
И эта чайная роза… ах, это и песня, и надежда, и молитва — все вместе, И как хорошо снова быть с тобой, Диана!
— Я думала, ты предпочитаешь Стеллу Мэйнард, — сказала Диана с упреком.
— Мне Джози Пай говорила.
Джози сказала, что ты по ней с ума сходила.
Аня засмеялась и бросила в Диану увядшим ландышем из своего букетика.
— Стелла Мэйнард — самая милая девочка на свете, кроме одной, и эта одна — ты, Диана, — сказала она.
— Я люблю тебя еще сильнее, чем прежде… и мне так много нужно тебе рассказать!
Но в эту минуту мне кажется, что и так уже счастье — сидеть здесь и просто смотреть на тебя.
Я устала… устала, мне кажется, от учебы и своих честолюбивых желаний.
Я хочу завтра провести, по меньшей мере, два часа, лежа в саду на траве и совершенно ни о чем не думая.
— Какого успеха ты добилась, Аня!
Я думаю, что ты не станешь работать в школе теперь, когда получила стипендию Авери?
— Конечно.
В сентябре я собираюсь в Редмонд.
Просто чудо, правда?
К тому времени после трех великолепных месяцев золотой свободы у меня будет наготове совершенно новый запас амбиций… Джейн и Руби станут учительницами.
Разве не замечательно, что все мы успешно кончили, даже Муди Спурджен и Джози?
— Попечительский совет в Ньюбридже уже предложил Джейн место в их школе, — сказала Диана.