Я знаю это по дрожи.
Когда я нахожу имя, которое точно подходит, я чувствую дрожь.
У вас что-нибудь вызывает дрожь?
Мэтью размышлял.
— Мм… пожалуй, да.
Дрожь меня всегда пробирает, как увижу этих противных белых гусениц, которые ползают в огуречных грядках.
Терпеть их не могу.
— О, мне кажется, это не совсем та дрожь.
А вы как думаете?
Ведь есть разница между гусеницами и озерами сверкающих вод, правда?
Но почему этот пруд называют прудом Барри?
— Наверное, потому, что мистер Барри живет там, в том доме.
Садовый Склон — вот как это место называется.
Если бы не та густая роща за ним, ты могла бы увидеть отсюда Зеленые Мезонины.
Но нам придется проехать через мост и кругом по дороге, это еще примерно полмили.
— А у мистера Барри есть маленькие девочки?
Ну, не очень маленькие — моего возраста.
— Да, у него дочке одиннадцать лет.
Ее зовут Диана.
— О-о! — протянула она, глубоко втягивая воздух.
— Какое прелестное имя!
— Ну, я так не думаю.
Звучит как-то ужасно по-язычески.
Я предпочел бы Джейн или Мэри или еще какое-нибудь разумное имя вроде этого.
Но когда Диана родилась, Барри сдавали комнату школьному учителю. Они попросили его выбрать имя, и он предложил имя Диана.
— Жаль, что не было такого учителя там, где я родилась.
О, мы уже на мосту!
Я зажмурюсь покрепче.
Мне всегда страшно переезжать через мосты.
Я не могу удержаться и не воображать, что, может быть, как раз когда мы будем на его середине, он закроется, как складной ножик, и защемит нас.
Поэтому я закрываю глаза.
Но мне всегда приходится открыть их, когда мне кажется, что мы уже возле середины.
Потому что, понимаете, если бы мост закрылся, я хотела бы увидеть, как он закрывается.
Как он весело громыхает!
Я люблю, когда так громыхает.
Разве не чудесно, что есть так много вещей на свете, которые можно любить?
Ну, вот и проехали.
Теперь я посмотрю назад.
Спокойной ночи, дорогое Озеро Сверкающих Вод.
Я всегда говорю спокойной ночи вещам, которые люблю, совсем как людям.
Я думаю, им это нравится.
Эта вода словно улыбается мне.
Когда они миновали очередной холм и дорога снова повернула, Мэтью сказал:
— Мы почти возле дома.
Зеленые Мезонины…
— О, не говорите где, — прервала она, поспешно хватая его приподнявшуюся было руку и закрывая глаза, чтобы не видеть, куда он указал.
— Позвольте, я угадаю.
Я уверена, что угадаю правильно.
Она открыла глаза и взглянула вокруг.
Кабриолет был на гребне холма.