— Не один другого, а двое — третьего!
Мы публику перехитрили.
Ну, ладно, отвели душу, поговорили об этике, теперь надо решить, где бы нам взять ссуду, чтобы и самим втихомолку закупить кое-какие участки.
В наш банк за этим не сунешься.
Может выплыть наружу.
— Пожалуй, повидаю старика Иторна.
Он — могила.
— Вот это дело!
Иторн с удовольствием, как он сказал, «поддержал достойного человека» и дал ссуду Бэббиту, не занося ее в банковские гроссбухи.
Таким образом, часть комиссионных Бэббит и Томпсон получили за участки, которыми они владели сами, хотя и под чужим именем.
И в ходе этой блестящей сделки, которая поддерживала коммерцию и повышала доверие публики к процветающей фирме по продаже недвижимого имущества, Бэббит с ужасом обнаружил, что один из его служащих — нечестный человек.
Нечестным оказался Стэнли Грэф, разъездной агент.
Бэббита уже давно беспокоил этот Грэф.
Он то и дело нарушал слово, данное съемщикам квартир.
Часто, сдавая дом, он обещал, что будет сделан ремонт, не имея на то согласия домохозяина.
Появилось подозрение, что он подделывает инвентарные списки меблированных домов так, что съемщик, выезжая из дома, должен платить за предметы, которых никогда и в помине не было, и эти деньги Граф кладет себе в карман.
Бэббит никак не мог доказать справедливость этих подозрений, и хотя он почти решил уволить Грэфа, но все руки не доходили.
И вдруг как-то в кабинет Бэббита ворвался красный от волнения человек и, задыхаясь, крикнул:
— Слушайте!
Если вы не уволите этого типа, я такой скандал устрою, что небу станет жарко!
— Да что такое… Не волнуйтесь, дружище!
Что случилось?
— Что?
Фу-уу!
Да я… да я…
— Сядьте, успокойтесь!
Вас по всему зданию слышно!
— Я снял дом через этого вашего Грэфа.
Вчера я пошел, подписал контракт, все как следует, ему только оставалось дать контракт владельцу на подпись и выслать мне по почте.
Он и выслал.
А сегодня утром Спускаюсь я к завтраку, а прислуга говорит — приходил какой-то человек, сразу после почтальона, и попросил отдать конверт — послал, говорит, сюда по ошибке, большой такой, длинный конверт и в углу — марка фирмы:
«Бэббит — Томпсон».
Конверт, конечно, пришел, она и отдала его.
Описала она мне этого малого, я сразу понял — ваш Грэф!
Звоню ему, а он, дурак, прямо так и сознался!
Говорит, что получил подпись хозяина дома, выслал контракт, а тут ему сделали более выгодное предложение, и он забрал у меня контракт.
Что вы на это скажете?
— Ваша фамилия?
— Уильям Варни — У.-К.Варни.
— Помню, помню.
Дом Гаррисона.
— Бэббит нажал звонок.
Когда мисс Мак-Гаун вошла, он спросил:
— Грэф здесь?
— Нет, сэр.
— Пожалуйста, посмотрите у него в столе — есть ли там контракт на имя мистера Варни, дом Гаррисона?
— И, обращаясь к Варни, добавил: — Не знаю, как у вас просить прощения.
Само собой понятно, я уволю Грэфа, как только он появится.
И, конечно, ваш контракт действителен.
Но мне хотелось бы сделать для вас еще кое-что.