Ты слишком здоров, но ты силен, как винт, поэтому винтись туда!.. Винтись ввысь!..
Вот так...
И сифилитик показал, как нужно это делать.
Обхватив фонарь, он действительно винтился возле него, став каким-то образом длинным и тонким, как уж.
Проходили проститутки мимо, в зеленых, красных, черных и белых шапочках, красивые, как куклы, и весело бормотали винту:
– Занюхался, – т-твою мать?
Очень далеко стреляли пушки, и Михаил Семеныч действительно походил на Онегина под снегом, летящим в электрическом свете.
– Иди спать, – говорил он винту-сифилитику, немного отворачивая лицо, чтобы тот не кашлянул на него, – иди. – Он толкал концами пальцев козье пальто в грудь.
Черные лайковые перчатки касались вытертого шевиота, и глаза у толкаемого были совершенно стеклянными.
Разошлись.
Михаил Семенович подозвал извозчика, крикнул ему:
«Мало-Провальная», – и уехал, а козий мех, пошатываясь, пешком отправился к себе на Подол.
В квартире библиотекаря, ночью, на Подоле, перед зеркалом, держа зажженную свечу в руке, стоял обнаженный до пояса владелец козьего меха.
Страх скакал в глазах у него, как черт, руки дрожали, и сифилитик говорил, и губы у него прыгали, как у ребенка.
– Боже мой, боже мой, боже мой...
Ужас, ужас, ужас...
Ах, этот вечер!
Я несчастлив.
Ведь был же со мной и Шейер, и вот он здоров, он не заразился, потому что он счастливый человек.
Может быть, пойти и убить эту самую Лельку?
Но какой смысл?
Кто мне объяснит, какой смысл?
О, господи, господи...
Мне двадцать четыре года, и я мог бы, мог бы...
Пройдет пятнадцать лет, может быть, меньше, и вот разные зрачки, гнущиеся ноги, потом безумные идиотские речи, а потом – я гнилой, мокрый труп.
Обнаженное до пояса худое тело отражалось в пыльном трюмо, свеча нагорала в высоко поднятой руке, и на груди была видна нежная и тонкая звездная сыпь.
Слезы неудержимо текли по щекам больного, и тело его тряслось и колыхалось.
– Мне нужно застрелиться.
Но у меня на это нет сил, к чему тебе, мой бог, я буду лгать?
К чему тебе я буду лгать, мое отражение?
Он вынул из ящика маленького дамского письменного стола тонкую книгу, отпечатанную на сквернейшей серой бумаге.
На обложке ее было напечатано красными буквами:
ФАНТОМИСТЫ – ФУТУРИСТЫ.
Стихи:
М.ШПОЛЯНСКОГО.
Б.ФРИДМАНА.
В.ШАРКЕВИЧА.
И.РУСАКОВА.
Москва, 1918
На странице тринадцатой раскрыл бедный больной книгу и увидал знакомые строки:
Ив.Русаков
БОГОВО ЛОГОВО
Раскинут в небе Дымный лог.
Как зверь, сосущий лапу,
Великий сущий папа
Медведь мохнатый Бог.
В берлоге Логе
Бейте бога.
Звук алый
Беговой битвы