Пробежав по инерции несколько шагов вперед, бульдог не остановился и, быстро перебирая своими кривыми лапами, выскочил на середину круга.
В эту минуту Белый Клык кинулся на него.
Зрители восхищенно вскрикнули.
Белый Клык с легкостью кошки в один прыжок покрыл все расстояние между собой и противником, с тем же кошачьим проворством рванул его зубами и отскочил в сторону.
На толстой шее бульдога, около самого уха, показалась кровь.
Словно не заметив этого, даже не зарычав, Чероки повернулся и побежал за Белым Клыком.
Подвижность Белого Клыка и упорство Чероки разожгли страсти толпы. Зрители заключали новые пари, увеличивали ставки.
Белый Клык прыгнул на бульдога еще и еще раз, рванул его зубами и отскочил в сторону невредимым, а этот необычный противник продолжал спокойно и как бы деловито бегать за ним, не торопясь, но и не замедляя хода.
В поведении Чероки чувствовалась какая-то определенная цель, от которой его ничто не могло отвлечь.
Все его движения, все повадки были проникнуты этой целью.
Он сбивал Белого Клыка с толку.
Никогда в жизни не встречалась ему такая собака.
Шерсть у нее была совсем короткая, кровь показывалась на ее мягком теле от малейшей царапины.
И где пушистый мех, который так мешает в драках?
Зубы Белого Клыка без всякого труда впивались в податливое тело бульдога, который, судя по всему, совсем не умел защищаться.
И почему он не визжит, не лает, как делают все собаки в таких случаях?
Если не считать глухого рычания, бульдог терпел укусы молча и ни на минуту не прекращал погони за противником.
Чероки нельзя было упрекнуть в неповоротливости.
Он вертелся и сновал из стороны в сторону, но Белый Клык все-таки ускользал от него.
Чероки тоже был сбит с толку.
Ему еще ни разу не приходилось драться с собакой, которая не подпускала бы его к себе.
Желание сцепиться друг с другом до сих пор всегда было обоюдным.
Но эта собака все время держалась на расстоянии, прыгала взад и вперед и увертывалась от него.
И, даже рванув Чероки зубами, она сейчас же разжимала челюсти и отскакивала прочь.
А Белый Клык никак не мог добраться до горла своего противника.
Бульдог был слишком мал ростом; кроме того, выдающаяся вперед челюсть служила ему хорошей защитой.
Белый Клык бросался на него и отскакивал в сторону, ухитряясь не получить ни одной царапины, а количество ран на теле Чероки все росло и росло.
Голова и шея у него были располосованы с обеих сторон, из ран хлестала кровь, но Чероки не проявлял ни малейших признаков беспокойства.
Он все так же упорно, так же добросовестно гонялся за Белым Клыком и за все это время остановился всего лишь раз, чтобы недоуменно посмотреть на людей и помахать обрубком хвоста в знак своей готовности продолжать драку.
В эту минуту Белый Клык налетел на Чероки и, рванув его за ухо, и без того изодранное в клочья, отскочил в сторону.
Начиная сердиться, Чероки снова пустился в погоню, бегая внутри круга, который описывал Белый Клык, и стараясь вцепиться мертвой хваткой ему в горло.
Бульдог промахнулся на самую малость, и Белый Клык, вызвав громкое одобрение толпы, спас себя только тем, что сделал неожиданный прыжок в противоположную сторону.
Время шло.
Белый Клык плясал и вертелся около Чероки, то и дело кусая его и сейчас же отскакивая прочь.
А бульдог с мрачной настойчивостью продолжал бегать за ним.
Рано или поздно, а он добьется своего и, схватив Белого Клыка за горло, решит исход боя.
Пока же ему не оставалось ничего другого, как терпеливо переносить все нападения противника.
Его короткие уши повисли бахромой, шея и плечи покрылись множеством ран, и даже губы у него были разодраны и залиты кровью, -- и все это наделали молниеносные укусы Белого Клыка, которых нельзя было ни предвидеть, ни избежать.
Много раз Белый Клык пытался сбить Чероки с ног, но разница в росте была слишком велика между ними.
Чероки был коренастый, приземистый.
И на этот раз счастье изменило Белому Клыку.
Прыгая и вертясь юлой около Чероки, он улучил минуту, когда противник, не успев сделать крутой поворот, отвел голову в сторону и оставил плечо незащищенным.
Белый Клык кинулся вперед, но его собственное плечо пришлось гораздо выше плеча противника, он не смог удержаться и со всего размаху перелетел через его спину.
И впервые за всю боевую карьеру Белого Клыка люди стали свидетелями того, как "бойцовый волк" не сумел устоять на ногах -- Он извернулся в воздухе, как кошка, и только это помешало ему упасть навзничь.
Он грохнулся на бок и в следующее же мгновение опять стоял на ногах, но зубы Чероки уже впились ему в горло.
Хватка была не совсем удачная, она пришлась слишком низко, ближе к груди, но Чероки не разжимал челюстей.
Белый Клык заметался из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть с себя бульдога.
Эта волочащаяся за ним тяжесть доводила его до бешенства.
Она связывала его движения, лишала его свободы, как будто он попал в капкан. Его инстинкт восставал против этого.
Он не помнил себя.