Когда он прибудет и наша прекрасная супруга оправится от болезни, что, я надеюсь, произойдет с божьей помощью через две-три недели, мы присоединимся к армии в Даксе и снова подставим знамена бризу.
Радостным гулом голосов встретила группа воинов это сообщение о немедленных действиях.
Принц улыбнулся воинственному пылу, который отразился на лицах людей, стоявших вокруг него.
- И вот что еще вас обрадует, - продолжал он. - Я имею точные сведения, что этот Генрих - очень храбрый командир, в его власти оказать нам упорное сопротивление, и борьба с ним сулит нам немало чести и удовольствия.
Как мне сообщили, среди собственных подданных он набрал около пятидесяти тысяч воинов, и к этому надо прибавить двенадцать тысяч французских добровольцев, а они, как вы знаете, весьма храбрые и опытные солдаты.
Можно сказать с уверенностью, что смелый и достойный Бертран Дюгесклен прибыл во Францию к герцогу Анжуйскому, намереваясь вместе с ним набрать большое войско в Пикардии и Бретани.
Мы высоко почитаем Бертрана, ибо он раньше вкладывал немалый труд, чтобы обеспечить нам почетную схватку.
Что вы думаете на этот счет, достойный Капталь?
Он захватил вас врасплох в Кошереле, и, клянусь спасением души, вы получите теперь возможность отплатить ему за обиду.
При этом напоминании гасконский воин слегка нахмурился, недовольны были и окружавшие его земляки, ибо в тот единственный раз, когда они столкнулись с вооруженными силами Франции и англичане не помогли им, они потерпели жестокое поражение.
- Иные утверждают, сир, что счет уже больше, чем выравнен, ибо без поддержки гасконцев Бертран не был бы разбит под Ореем, а короля Джона не потеснили бы под Пуатье.
- Клянусь небом, это уже слишком! - воскликнул какой-то английский дворянин.
- Мне кажется, Гасконь - слишком маленький петушок, чтобы кукарекать так громко.
- Чем меньше петушок, милорд Одлей, тем длинней у него шпора, - заметил Капталь де Буш.
- Ему могут прищемить гребешок, если он будет слишком шуметь, - вмешался другой англичанин.
- Клянусь божьей матерью Рокамадурской! - воскликнул лорд Мюсидан. - Я больше не могу этого выносить.
Сэр Джон Чарнелл, вы ответите мне за эти слова.
- С удовольствием, милорд, и в любое время, когда вам угодно, - небрежно ответил англичанин.
- Милорд де Клиссон, - воскликнул лорд Одлей, - вы почему-то пристально смотрите в мою сторону.
Клянусь богом!
Я буду рад, если мы продолжим с вами это объяснение.
- А с вами, милорд Поммерс, - сказал сэр Найджел, протискиваясь вперед, - мне думается, мы тоже могли бы сразиться на копьях в достойном и почетном споре по этому вопросу.
В течение нескольких минут обе стороны успели переброситься десятком вызовов, ибо туча, столь долго выраставшая между рыцарями обеих наций, внезапно разразилась грозой.
При этом гасконцы яростно жестикулировали, англичане держались бесстрастно, холодно и насмешливо, а Принц с полуулыбкой переводил взгляд с одних на других, как человек, который любит горячую схватку и вместе с тем опасается, чтобы страсти не разгорелись до той степени, когда он уже не сможет их сдержать.
- Друзья, друзья, - воскликнул он наконец, - вашу ссору пора прекратить!
И тому, кто будет продолжать ее за стенами этой комнаты, гасконец он или англичанин, придется отвечать передо мной.
Я слишком нуждаюсь в ваших мечах, чтобы вы обращали их друг против друга.
Сэр Джон Чарнелл, лорд Одлей, вы, надеюсь, не сомневаетесь в храбрости наших друзей из Гаскони?
- Нет, сир, - ответил лорд Одлей.
- Я слишком часто видел их на поле боя и знаю, что они весьма решительные и отважные джентльмены.
- Скажу тоже самое, - заявил второй англичанин, - но, конечно, мы не забудем о сегодняшнем, а они пусть научатся не болтать попусту.
- Нет, сэр Джон, - сказал Принц с укоризной, - у всякого народа свои нравы и обычаи.
Найдутся такие, которые назовут нас холодными, хмурыми и молчаливыми.
Но вы слышите, милорды из Гаскони, у этих джентльменов и в мыслях не было набросить тень на вашу честь и достоинство, - так укротите же свой гнев.
Клиссон, Капталь, Де Поммерс, вы мне обещаете?
- Мы ваши подданные, сир, - ответили гасконские бароны не слишком охотно.
- Ваше слово для нас закон.
- Тогда зальем все взаимные неудовольствия доброй мальвазией! - весело воскликнул Принц.
- Эй, там! Открыть двери зала для пиров.
Я долго был разлучен с моей дорогой супругой, но я скоро вернусь к вам.
Пусть кравчие подают и менестрели играют, а мы выпьем чашу за предстоящие нам на юге славные бои!
И Принц удалился в сопровождении обоих монархов, тогда как собравшиеся, многие поджав губы и грозно хмурясь, медленно выходили друг за другом через боковую дверь в обширный покой, где были накрыты столы для королевского пира.
Глава XX
КАК АЛЛЕЙН ЗАВОЕВАЛ СЕБЕ МЕСТО В ПОЧЕТНОМ ЦЕХЕ
Пока совет Принца обсуждал дела, Аллейн и Форд ждали в другой комнате, где их скоро окружила шумная толпа молодых англичан одного с ними звания, жаждавших услышать последние новости с родины.
- Ну как поживает старик в Виндзоре? - спросил один.
- А как добрая королева Филиппа? - осведомился второй.
- А дама Алиса Перрерс? - крикнул третий.
- Уот! Чертов болтун! - заорал высокий молодой человек, хватая Уота за шиворот и в назидание встряхивая его.
- Да за эти слова тебе Принц голову бы снес.