Он даже собирался обратиться к доктору Джорсу, живущему в Хэмпстеде, и еще раз опросить его относительно того времени, что граф Ферручи провел в поместье доктора в Сочельник.
Но тут вышла промашка, поскольку Джорс выехал за рубеж на отдых – точно так, как делал каждый год, – и раньше, чем через месяц, в Лондоне его никто назад не ждал.
Фактически Линк сделал все, что мог сделать человек, чтобы узнать правду, но оказался в том же положении, что и Люциан, в конце своего расследования.
Понимая, что толком ничего не добился, он вызвал Диану и Дензила, чтобы объявить, что не в состоянии разгадать эту загадку.
– Нет никаких шансов обнаружить убийцу Врэйна, – объявил Гордон, после того как перечислил гостям все свои действия. – Чем больше я занимаюсь этим преступлением, тем более уверен в этом.
– Но вы же были так уверены, что добьетесь больше меня, – спокойно заметил Люциан.
Линк выглядел очень расстроенным, так как отлично понимал, что потерпел поражение.
– Я старался, – уныло парировал детектив. – Никто большего сделать не сможет.
Некоторые преступления так и остаются нераскрытыми.
Это именно такой случай. Как я понимаю, неведомый убийца будет наказан лишь в Судный день и не раньше.
– Значит, вы считаете, что граф Ферручи невиновен? – пробормотала Диана.
– Нет.
К этому делу он не имеет никакого отношения, точно так же как и госпожа Врэйн.
– И вы не можете сказать, кто убил моего отца?
– Не могу, хотя подозреваю таинственного господина Рента.
– Тогда почему бы вам его не найти? – прямо в лоб спросила Диана.
– Он слишком хорошо скрыл свои следы, – начал Гордон. – И… и…
– И если бы вы нашли его, он мог бы оказаться невиновен, точно так же, как госпожа Врэйн и граф Ферручи.
– А может, и нет. Неизвестно.
Но так как вы сделали много больше моего, мистер Дензил, я хочу спросить вас: кого вы сами подозреваете?
– Доктора Джорса, – неожиданно объявила Диана.
– Чушь! Чушь! – воскликнул Гордон с презрением. – Он не убивал человека… Он ведь в Сочельник был в Хэмпстеде. Я проверил это, опросив его слуг.
К тому же доктор Джорс занимает слишком серьезное положение, чтобы оказаться замешанным в преступлении, от которого он не может получить никакой выгоды.
– Почему? И какое же такое положение он занимает?
– Он – владелец частного сумасшедшего дома.
Разве можно представить себе, чтобы подобный человек совершил убийство?
– Я не говорю, что он сам непосредственно совершал преступление, но факт самой его дружбы с Ферручи… Он наверняка знает больше, чем сказал вам, Люциан.
– Но почему итальянец дружит с владельцем такого странного учреждения? С человеком, который столь ниже его в происхождении?
– Не знаю, но если вы подозреваете доктора Джорса… Однако вы сможете расспросить его, когда он вернется из отпуска… где-нибудь через месяц.
– И где он теперь?
– В Италии, и граф уехал вместе с ним.
Диана и Люциан переглянулись, и девушка вновь заговорила.
– Странно, – сказала она. – Я согласна с господином Дензилом. Очень странно, что человек такого высокого положения, как этот благородный итальянец, дружит с человеком столь низкого положения в обществе.
Разве вы сами так не думаете, господин Линк?
– Господа, – серьезно объявил Гордон, – думаю, что все это ерунда. Вы никогда не узнаете правду.
Я использовал все свое умение и опыт – и потерпел неудачу. Я достаточно уверен в собственной власти, чтобы утверждать, что не подвел никого.
Мисс Врэйн, господин Дензил, я желаю вам всего самого хорошего.
И, закончив эту тщеславную речь, детектив Гордон Линк ушел.
Люциану ничего не оставалось, как проводить его.
Диана подошла к окну гостиной и какое-то время стояла, глядя ему вслед, наблюдая, как Линк растворился в толпе прохожих.
Потом она глубоко вздохнула, поскольку с уходом детектива, как она думала, пропала последняя надежда раскрыть таинственное преступление. Ведь даже такой опытный человек, как Линк, отказался от поисков, а ведь он был профессионалом, имеющим опыт и знания.
А потом она со вздохом обратилась к Люциану:
– Предполагаю, больше ничего нельзя сделать.
– Я так не считаю, – мрачно ответил Дензил, поскольку имел собственное мнение относительно «дезертирства» детектива.
– Выходит, я должна оставить убийцу своего отца на Божий суд? – спокойно проговорила Диана. – И мне остается только поблагодарить вас, господин Дензил, за все, что вы для меня сделали. – Потом она заколебалась и покраснела, а потом с акцентом добавила: – Остается только сказать: аи revoir.
– Ах! – с придыханием вырвалось у Люциан. – И все же я надеюсь, что вы не скажете «прощай».
– Не хочу я говорить это, господин Дензил.
У меня не так много друзей, и я не хочу преждевременно расстаться с одним из них.
– Рад этому, – мягко объявил Люциан. – Так что можете считать меня своим другом.
Его слова столь точно попали в цель, что Диана, все еще краснеющая, поспешила остановить молодого человека, чтобы он не наговорил больше, чем надо. Ситуация и так получилась совершенно неловкая.