Пуаро только что обвинил меня в избытке воображения, но теперь я почувствовал, что он в своих фантазиях зашел куда дальше, чем я.
Неужели он и в самом деле решил, что эти крохотные серебряные льдинки – кристаллы смертельного яда?
Ничем другим я не мог объяснить себе его непонятное возбуждение.
– Это мороженое мясо, – мягко объяснил я. – Импортное, вы же знаете.
Из Новой Зеландии.
Он мгновение-другое таращился на меня, а потом вдруг разразился странным хохотом.
– Мой друг Гастингс просто великолепен!
Он все знает… ну абсолютно все!
Как это говорят… «ничего не пропустит и не упустит»!
Это и есть мой друг Гастингс.
Он бросил баранью ногу на большое блюдо, где она и лежала прежде, и вышел из кладовки.
Потом выглянул в окно.
– А, вон идет наш дорогой инспектор.
Это кстати.
Я уже увидел здесь все, что мне было нужно. – И он принялся с отсутствующим видом барабанить пальцами по столу, словно погрузившись в некие расчеты, а потом внезапно спросил: – Друг мой, какой сегодня день недели?
– Понедельник, – с немалым изумлением ответил я. – А что…
– Ах!
Понедельник, вот как?
Тяжелый день, верно?
Совершать убийство в понедельник было большой ошибкой.
Вернувшись в гостиную, он стукнул пальцем по стеклу барометра и взглянул на термометр.
– Ясно, тихо, семьдесят градусов по Фаренгейту.
Вполне обычный английский летний день.
Инглз все еще изучал различные китайские вещицы.
– Вас, похоже, не слишком интересует наше расследование, мсье? – сказал Пуаро.
Инглз спокойно улыбнулся.
– Видите ли, это не мое дело.
Я во многом разбираюсь, но не в этом.
А значит, я должен держаться в сторонке и не мешать.
На Востоке я научился терпению.
В гостиную стремительно ворвался инспектор, извиняясь за свое долгое отсутствие.
Он настаивал на том, чтобы самому заново показать нам все следы, но нам удалось от этого отвертеться.
– Я благодарен вам за вашу бесконечную любезность, инспектор, – сказал Пуаро, когда мы снова шли по деревенской улице. – Но у меня будет к вам еще одна просьба.
– Вы, наверное, хотите взглянуть на труп, сэр?
– О, бог мой, нет!
Меня совершенно не интересует труп.
Я хочу повидать Роберта Гранта.
– Вы можете вернуться в Мортон со мной, сэр, и там поговорить с ним.
– Отлично, я так и сделаю.
Но я должен встретиться и поговорить с ним наедине.
Инспектор задумчиво прикусил верхнюю губу.
– Ну, насчет этого я не знаю, сэр…
– Уверяю вас, если вы свяжетесь со Скотленд-Ярдом, вы получите полное одобрение.
– Я, конечно, слышал о вас, сэр, и я знаю, что вы время от времени помогаете полиции.
Но это лишь отдельные случаи…
– И тем не менее это необходимо, – спокойно заявил Пуаро. – Это необходимо по той причине, что… что Грант – не убийца.
– Что?!
Но тогда кто же?
– Убийца, как я представляю, был довольно молодым человеком.
Он подъехал к «Гранитному бунгало» на двуколке, которую оставил прямо у двери.