Агата Кристи Во весь экран Большая Четверка (1927)

Приостановить аудио

Неожиданно сзади послышался шум, заставивший меня обернуться, а Пуаро – резво вскочить на ноги.

В дверях стояла девушка.

Ее глаза, устремленные на нас, потемнели от подозрения.

Девушка была среднего роста, с красивым, несколько угрюмым лицом, синими глазами и совершенно черными, коротко подстриженными волосами.

Когда она заговорила, оказалось, что она обладает богатым, звучным голосом, совершенно не английским.

– Боюсь, мой дядя не сможет увидеться с вами.

Он очень болен.

– Очень жаль, но, возможно, вы будете так добры и замените его.

Вы ведь мадемуазель Давилова, не так ли?

– Да, я Соня Давилова.

Что вы хотите узнать?

– Я провожу небольшое расследование того печального происшествия, что случилось прошлым вечером, – я имею в виду смерть мистера Гилмора Уилсона.

Вы можете что-нибудь рассказать об этом?

Глаза девушки широко раскрылись.

– Он умер от сердечной недостаточности… во время игры в шахматы.

– Полиция не слишком в этом уверена… в сердечной недостаточности, мадемуазель.

Девушка испуганно вздрогнула.

– Так, значит, это правда! – воскликнула она. – Иван был прав!

– Кто такой Иван и почему вы говорите, что он был прав?

– Иван – это тот человек, который встретил вас… и он уже говорил мне, что, по его мнению, Гилмор Уилсон умер не своей смертью… что его отравили по ошибке.

– По ошибке?

– Да, что яд был предназначен для моего дяди.

Она уже забыла о вспыхнувшем было недоверии к нам и говорила горячо и пылко.

– Но почему вы так считаете, мадемуазель?

Кому могло понадобиться отравить доктора Саваронова?

Они покачала головой:

– Я не знаю.

Я в совершенном недоумении.

А мой дядя не доверяет мне.

Возможно, это и естественно… Видите ли, он меня едва знает.

Он видел меня, когда я была совсем ребенком, и больше мы не встречались до того момента, как я приехала к нему сюда, в Лондон.

Но, насколько я знаю, он чего-то боится.

У нас в России множество разных тайных организаций, и я однажды подслушала кое-что такое, что заставило меня думать – он боится одной из них.

Скажите мне, мсье… – Она подошла поближе, ее голос упал до шепота: – Вы когда-нибудь слышали об организации, которая называется

«Большая Четверка»?

Пуаро едва не выскочил из собственного костюма.

Его глаза от изумления округлились и выпучились.

– Почему вы… что вы знаете о Большой Четверке, мадемуазель?

– Это какая-то организация.

Я слышала упоминание о ней и позже спросила дядю.

Я никогда не видела, чтобы человек был так испуган.

Он побелел и задрожал.

Он боится их, мсье, чрезвычайно боится, я уверена!

А они по ошибке убили этого американца Уилсона.

– Большая Четверка, – пробормотал Пуаро. – Вечно эта Большая Четверка!

Удивительное совпадение… Да, мадемуазель, ваш дядя в опасности.

Я должен спасти его.

А сейчас расскажите мне все в подробностях о трагическом вечере.

Покажите мне шахматную доску, стол, как сидели игроки, – в общем, все покажите.

Она отошла в глубь комнаты и выдвинула маленький столик.