Он перебил меня:
– Давайте отнесем его на кровать в мою спальню.
У меня не осталось ни одной лишней минуты, если я хочу успеть на поезд.
Хотя и нельзя сказать, что я хочу на него успеть.
Ох, если бы я мог опоздать на него, не мучаясь угрызениями совести!
Но я дал слово.
Идемте, Гастингс!
Оставив нашего загадочного посетителя на попечение миссис Пирсон, мы помчались на вокзал и едва успели вскочить в поезд.
Пуаро то надолго замолкал, то становился уж слишком разговорчив.
То он сидел, уставясь в окно, как погруженный в мечтания человек, и не слыша ни слова из того, что я ему говорил, – то вдруг оживлялся и начинал сыпать инструкциями и постоянно твердил, что я должен ежедневно посылать ему радиограммы.
Проехав Уокинг, мы погрузились в долгое молчание.
Поезд вообще-то шел без остановок до самого Саутхэмптона; но вдруг он остановился перед светофором.
– Ах!
Sacre mille tonnerres! – неожиданно воскликнул Пуаро. – Я просто имбецил!
Теперь я это вижу.
Без сомнения, это святой охранитель остановил поезд!
Прыгаем, Гастингс, прыгаем скорее, ну же!
И в то же мгновение он распахнул дверь купе и выпрыгнул на пути.
– Бросайте чемоданы и выскакивайте!
Я повиновался.
И как раз вовремя.
Как только я очутился рядом с Пуаро, поезд тронулся.
– Ну а теперь, Пуаро, – сказал я с изрядной долей раздражения, – может быть, вы объясните, что все это значит?
– Это значит, друг мой, что я увидел свет.
– Мне это ни о чем не говорит, – заметил я.
– А должно бы, – ответил Пуаро. – Но я боюсь… я очень боюсь, что это не так.
Если вы сумеете унести вот эти два чемодана, думаю, я как-нибудь справлюсь с остальным.
Глава 2 Человек из сумасшедшего дома
К счастью, поезд притормозил неподалеку от станции.
В результате небольшой прогулки мы очутились у гаража, где смогли нанять автомобиль, и получасом позже уже неслись обратно в Лондон.
Тогда, и только тогда, Пуаро соизволил удовлетворить мое любопытство.
– Вы все еще не понимаете?
Я тоже не понимал.
Но теперь понял.
Гастингс, меня пытались убрать с дороги!
– Что?!
– Да!
Это очевидно.
Способ и время были выбраны с большим умом и проницательностью.
Они боятся меня.
– Кто «они»?
– Те четыре гения, которые объединились, чтобы действовать вопреки закону.
Китаец, американец, француженка и… и еще кто-то.
Молите бога о том, чтобы мы вернулись вовремя, Гастингс!
– Вы думаете, наш посетитель в опасности?
– Я уверен в этом.
По прибытии нас встретила миссис Пирсон.
Отмахнувшись от ее изумленных вопросов, которыми она разразилась при виде Пуаро, мы сами принялись ее расспрашивать.
Ответы прозвучали утешительно.
Никто не приходил, и наш гость не давал о себе знать.