Вопрос был нелегким, но я не собирался отступать.
– Мы должны атаковать, – предположил я. – Что мы вообще сделали за все это время?
– Больше, чем вам кажется, друг мой.
Мы ведь установили личности Номера Второго и Номера Третьего, и мы не так уж мало узнали о способах и методах действия Номера Четвертого.
Мне стало немного легче.
Когда Пуаро сказал это, все показалось не таким уж безнадежным.
– О да, Гастингс, мы сделали немало.
Верно, конечно, то, что я не готов предъявить обвинение Райланду или мадам Оливер – кто бы мне поверил?
Вы помните, я однажды подумал, что ловко загнал Райланда в угол?
Тем не менее я изложил свои подозрения кое-где… на высоком уровне… да, я говорил с лордом Элдингтоном, которому помог в деле с украденными чертежами подводных лодок, я предоставил ему полную информацию о Большой Четверке… и хотя другие, возможно, усомнились бы в моих словах, он мне верит.
Райланд, и мадам Оливер, и даже сам Ли Чанг Йен могут заниматься чем угодно, на них теперь направлено пристальное внимание.
– А Номер Четвертый? – спросил я.
– Как я только что говорил – я начинаю познавать и понимать его методы.
Вы можете улыбаться, Гастингс, но проникнуть в суть человеческой личности, точно знать, как он поступит при тех или иных обстоятельствах, – это и есть начало успеха.
Мы с ним вступили в схватку, и в то время как он постепенно раскрывается передо мной, я не даю ему возможности постичь меня.
Уверяю вас, Гастингс, они с каждым днем все сильнее боятся меня – именно потому, что я бездействую.
– Но они вообще не замечают нас, – возразил я. – Они больше не покушаются на вашу жизнь, не устраивают засад.
– Да, – задумчиво сказал Пуаро, – и в целом меня это удивляет.
Тем более что у них есть один-два способа добраться до нас, совершенно очевидных.
Вы, надеюсь, понимаете, о чем я?
– О какой-нибудь адской машине? – рискнул предположить я.
Пуаро нетерпеливо и раздраженно прищелкнул языком.
– Да нет же!
Я взываю к вашему воображению, а вы не можете представить ничего более тонкого, нежели бомба в камине!
Ох, мне нужно купить спичек, я прогуляюсь, пожалуй, несмотря на погоду.
Простите, друг мой, но я никогда не поверю, чтобы вы одновременно читали «Будущее Аргентины», «Зеркало общества», «Разведение крупного рогатого скота», «Красную улику» и «Горный спорт»!
Я расхохотался и признал, что мое внимание занято прежде всего «Красной уликой».
Пуаро печально покачал головой.
– Так поставьте остальные на полку!
Никогда, никогда я не научу вас порядку и методу.
Mon Dieu, для чего же существуют книжные полки?!
Я извинился за беспорядок, и Пуаро, расставив по местам томики, ушел, оставив меня наслаждаться выбранной книгой.
Тем не менее должен признать, что я почти заснул над ней, когда миссис Пирсон постучала в дверь, разбудив меня.
– Вам телеграмма, капитан.
Я вскрыл оранжевый конверт без особого интереса.
И тут же окаменел.
Телеграмма была от Бронсена, моего управляющего на южноамериканском ранчо, и гласила она следующее:
«Миссис Гастингс исчезла вчера боюсь похищена какой-то бандой называющей себя Большой Четверкой предупредили о том что не следует заявлять в полицию но больше никаких известий Бронсен».
Я выставил миссис Пирсон из комнаты и сел, ошеломленный, снова и снова перечитывая короткий текст.
Синдерелла похищена!
Она в руках проклятой Большой Четверки!
Боже, что же мне делать?
Пуаро!
Я должен найти Пуаро.
Он что-нибудь придумает.
Он с ними как-нибудь справится.
Он вернется через несколько минут.
Я должен набраться терпения.
Но Синдерелла, Синдерелла… в руках Большой Четверки!
Снова раздался стук в дверь.