– Что?!
– Это очевидно, Гастингс.
Когда он был санитаром, его зубы были сломанными и потемневшими, в Париже они стали ровными и белыми, зубы доктора слегка выступали вперед, а у Саваронова были необычайно длинные клыки.
А ведь ничто не меняет внешность так сильно, как зубы.
Вы понимаете, к чему это нас приводит?
– Не совсем, – осторожно ответил я.
– О таких говорят, что их профессию легко определить по лицу.
– Он преступник! – воскликнул я.
– Он знаток искусства перемены внешности.
– Это одно и то же.
– Довольно опрометчивое заключение, Гастингс, и вас едва ли одобрили бы в театральных кругах.
Разве вы до сих пор не поняли, что этот человек – актер или когда-то был актером?
– Актер?
– Ну разумеется!
И его искусство всегда при нем. Теперь рассмотрим тот факт, что существует два типа актеров.
Одни полностью погружаются в роль, а другие подстраивают роль под свою индивидуальность.
Именно из второго типа актеров обычно получаются директора.
Они лепят роль под себя.
А актеры первого типа скорее согласятся играть мистера Ллойд Джорджа в разных мюзик-холлах или бородачей на заднем плане в театрах с постоянной труппой.
И именно среди таких актеров мы должны искать наш Номер Четвертый.
Он величайший артист, и он полностью преображается в каждой из ролей.
Я почувствовал, что во мне пробуждается искренний интерес.
– Так вы полагаете, мы сможем выследить его по старым театральным связям?
– Ваши выводы всегда безупречны, Гастингс!
– Было бы куда лучше, – холодно сказал я, – если бы эта идея осенила вас пораньше.
Мы потеряли уйму времени.
– Вы ошибаетесь, mon ami.
Потеряно не больше времени, чем было необходимо.
Мои агенты уже несколько месяцев заняты этим делом.
Один из них – Иосиф Аарон.
Вы его помните?
Агенты составили для меня список людей, обладающих необходимой квалификацией – молодых мужчин в возрасте около тридцати, с более или менее невыразительной внешностью, особым даром играть характерные роли… более того, мужчин, покинувших сцену в течение последних трех лет.
– Ну, и?.. – спросил я, заинтригованный.
– Список, само собой, получился довольно длинным.
Пришлось потратить некоторое время на его сокращение.
И наконец мы выделили из него четыре имени.
Вот они, друг мой.
Он протянул мне лист бумаги.
Я прочитал вслух:
– «Эрнест Лутрелл.
Сын приходского священника с севера.
Постоянно имел неприятности из-за своего аморального поведения.
Был исключен из средней школы.
На сцену поступил в возрасте двадцати трех лет. (Далее следовал список ролей, которые он сыграл, с указанием даты и театра.) Увлекается наркотиками.
Предполагается, что четыре года назад он уехал в Австралию.
После отъезда из Англии – никаких следов.
Сейчас ему 32 года. Рост – пять футов и десять с половиной дюймов, чисто бреется, волосы каштановые, нос прямой, сложение среднее, глаза серые.
Далее.
Джон Сент-Мур.
Псевдоним.