Но я смотрю на дело так: уж раз покойный Компесон сумел заранее прознать о его возвращении и задумал выдать его, навряд ли было возможно его спасти.
А вот движимое имущество было вполне возможно спасти.
В этом и состоит различие между имуществом и его владельцем, вы меня понимаете?
Я пригласил Уэммика зайти и выпить грога, прежде чем отправляться в Уолворт.
Он согласился.
Еще не допив свои полстакана, он вдруг спросил без всяких предисловий, только изобразив некоторую сконфуженность:
- Мистер Пип, что вы скажете, если я в понедельник возьму себе отпуск?
- Что ж, это вы, вероятно, первый раз за целый год себе позволяете.
- Скажите лучше - за десять лет, - заявил Уэммик.
- Да.
Я решил в понедельник взять себе отпуск.
Более того: я решил отправиться на прогулку.
Более того: я решил просить вас, сопровождать меня.
Я хотел отговориться тем, что невеселый из меня сейчас получится спутник, но Уэммик не дал мне открыть рот.
- Я знаю, чем занято ваше время, мистер Пип, - сказал он, - и знаю, что настроение у вас неважное.
Но если бы вы могли оказать мне такую любезность, вы бы меня весьма обязали.
Прогулка это недолгая, и к тому же ранняя.
Вам пришлось бы потратить на нее, вместе с завтраком, скажем - часа четыре, с восьми до двенадцати.
Вы прикиньте, неужели вы так-таки не сможете выкроить на это время?
Он столько для меня сделал, с тех пор как началось наше знакомство, что было бы грешно отказать ему в таком пустяке.
Я сказал, что смогу выкроить время, что выкрою непременно, - и сам порадовался, видя, какую радость доставило ему мое согласие.
Мы условились, что я зайду за ним в замок в понедельник утром ровно в половине девятого, и на том распростились.
В понедельник, точно в назначенное время, я позвонил у ворот замка. Уэммик сам впустил меня, и мне показалось, что вид у него еще более аккуратный, чем обычно, и шляпа вычищена еще лучше.
В столовой уже были приготовлены два стакана рома с молоком и два сухарика.
Престарелый, как видно, встал в этот день с петухами: бросив взгляд в открытую дверь его спальни, я заметил, что кровать его пуста.
Когда мы, подкрепившись на дорогу ромом с молоком и сухариками, стали собираться на таинственную прогулку, Уэммик, к моему великому удивлению, извлек откуда-то удочку и взял ее на плечо.
- Разве мы идем на рыбную ловлю? - спросил я.
- Нет, - отвечал Уэммик, - но я люблю гулять с удочкой.
Мне это показалось странным; однако я промолчал, и мы пустились в путь.
Мы пошли по направлению к Кемберуэлскому лугу, и, приближаясь к нему, Уэммик вдруг сказал:
- Ого!
Глядите-ка, церковь!
В этом не было ничего достойного удивления; но мне опять пришлось удивиться, когда он сказал, словно осененный блестящей идеей:
- Не зайти ли нам туда?
Мы зашли, оставив удочку на паперти, и огляделись по сторонам.
Уэммик залез в карман и вытащил из него что-то, завернутое в бумагу.
- Ого! - сказал он.
- Глядите-ка, две пары перчаток!
Не надеть ли нам их?
Поскольку перчатки были белые, лайковые и поскольку щель почтового ящика была раздвинута до последнего предела, я начал о чем-то догадываться.
Догадка моя превратилась в уверенность, когда в церковь через боковую дверь вступил Престарелый, сопровождавший даму.
- Ого! - сказал Уэммик.
- Глядите-ка, мисс Скиффипс!
Не сыграть ли нам свадьбу?
Целомудренная эта девица была одета как обычно, если не считать того, что она в ту самую минуту меняла свои зеленые лайковые перчатки на белые.
Такого же рода жертву на алтарь Гименея готовился принести и Престарелый.
Но для старичка процедура надевания перчаток оказалась сопряженной со столь великими трудностями, что Уэммик счел необходимым прислонить его спиной к колонне, а сам, зайдя сзади, стал изо всех сил тянуть перчатки на себя, в то время как я крепко держал старичка за талию, чтобы он мог, без опасности для жизни, оказать соответствующее сопротивление.
С помощью этого хитроумного маневра перчатки наделись как нельзя лучше.
Тут появились священник и пономарь, и нас, выстроив по рангу, подвели к роковым ступеням.
Перед началом венчания я услышал, как Уэммик, верный своему замыслу все делать как бы невзначай, сказал, доставая что-то из жилетного кармана: