- Это очень щедро с твоей стороны, Пип, - сказал Джо. - И великое тебе на том спасибо, хотя, видит бог, ничего такого я не ждал и в мыслях даже никогда не имел.
А теперь, дружок, - продолжал он, и меня бросило в жар и в холод, как будто фамильярное это обращение относилось к мисс Хэвишем, - а теперь, дружок, за работу, и будем исполнять свой долг друг перед другом, и еще перед теми, которые... твой щедрый подарок... передали... для спокойствия... некоторых... которые никогда... - тут Джо явно почувствовал, что завяз обеими ногами в болоте, однако сумел выкарабкаться и победоносно закончил: - А меня сохрани боже!
- Фраза эта показалась ему такой гладкой и убедительной, что он повторил ее еще раз.
- Прощай, Пип! - сказала мисс Хэвишем.
- Эстелла, проводи их.
- Мне больше не приходить, мисс Хэвишем? - спросил я.
- Нет.
Теперь твой хозяин - Гарджери.
Гарджери, на одно слово!
Джо задержался, и я, уже выходя за дверь, слышал, как она сказала ему отчетливо и веско:
- Мальчик вел себя здесь очень хорошо, и это ему награда.
Я уверена, что вы, как честный человек, ни на что большее не рассчитываете.
Как Джо выбрался из ее комнаты, это навсегда осталось для меня загадкой; но я твердо помню, что, выйдя в конце концов на лестницу, он, вместо того чтобы спускаться, стал упорно стремиться вверх и не внимал никаким уговорам, так что мне пришлось за руку свести его вниз.
Еще через минуту калитка захлопнулась, ключ щелкнул в замке, и Эстелла исчезла.
Когда мы остались одни на светлой улице, Джо попятился к стене и, прислонившись, чтобы не упасть, сказал: - Поди ж ты!
- Он стоял в этом положении очень долго, снова и снова повторяя свое "поди ж ты", и я уже начал опасаться, что он так и не придет в себя.
Наконец он выразился уже более пространно: - Поди ж ты, Пип, чудеса, да и только! - после чего постепенно разговорился и сдвинулся с места.
Я имею основания предполагать, что под влиянием пережитой встряски мозги у Джо прояснились и что по дороге к дому Памблчука он успел разработать некий хитроумный план.
Догадку мою подтверждает то, что произошло в гостиной у мистера Памблчука, где моя сестра в ожидании нашего возвращения беседовала с ненавистным лабазником.
- Ага! - вскричала сестра, относя это приветствие к нам обоим.
- Откуда явились, что видели-слышали?
Как это еще вы нас удостоили своим обществом, я уж думала, вы теперь и знаться с нами, бедными, не захотите.
- Мисс Хэвишем.... - сказал Джо, пристально глядя на меня, словно силясь что-то вспомнить, - велела - да не просто велела, а несколько раз напомнила, чтобы, значит, передать от нее... как это она говорила-то, Пип, поклон или почтение?
- Поклон, - сказал я.
- Вот и мне так помнилось, - подхватил Джо, - чтобы передать, значит, от нее поклон миссис Дж. Гарджери...
- А что мне с него! - фыркнула сестра, впрочем весьма польщенная.
- И очень сожалеет, - продолжал Джо, все так же пристально глядя на меня, - что как она, значит, слаба здоровьем, то не может... правильно я говорю, Пип?
- Доставить себе удовольствие, - подсказал я.
- Приглашать в гости дам, - закончил Джо.
И перевел дух.
- Ишь ты! - воскликнула сестра и взглянула на мистера Памблчука уже гораздо более мягко.
- Не отсох бы у нее язык сказать об этом пораньше, ну, да лучше поздно, чем никогда.
А что она дала этому сорванцу?
- Ему, - сказал Джо, - ничего не дала.
Миссис Джо уже готова была вспылить, но Джо предупредил ее.
- А что дала, - сказал Джо, - то дала его друзьям.
"А друзьям, - так она объяснила, - это значит, в руки его сестре миссис Дж. Гарджери".
Так и сказала: "Миссис Дж. Гарджери".
Может, она и не знала, как это понимать, - добавил он задумчиво, - то ли Джо, то ли Джейн.
Сестра поглядела на Памблчука, а тот потер подлокотники своего деревянного кресла и закивал головой, поглядывая то на нее, то на огонь в камине с таким видом, будто давным-давно все это знал.
- Сколько же ты получил? - спросила сестра и засмеялась - так-таки засмеялась!
- Как посмотрит почтеннейшая публика на десять фунтов? - осведомился Джо.
- Не плохо, - сухо ответила сестра.
- Не ахти сколько, но не плохо.
- Ну так вот, больше, - сказал Джо.
Бессовестный пройдоха Памблчук опять закивал и поддакнул, потирая ручки своего кресла:
- Больше, сударыня.
- Вы что же, хотите сказать... - начала сестра.
- Да, сударыня, хочу, - сказал Памблчук, - но погодите минутку.
Продолжай, Джозеф.