"Джозеф, тебя хочет видеть мисс Хэвишем".
- Мисс Хэвишем, Джо?
- "Хочет", так мне Памблчук сказал, "видеть тебя". - Джо замолчал и стал разглядывать потолок.
- Ну, Джо?
И что же дальше?
- На следующий день, сэр, - сказал Джо, глядя на меня словно очень издалека, - я, как следует быть, почистился и пошел к мисс Хэ.
- Мисс Хэ, Джо?
К мисс Хэвишем?
- Вот и я говорю, сэр, - ответил Джо торжественно и официально, словно диктовал свое завещание, - мисс Хэ, иначе говоря Хэвишем.
А она мне высказалась вот в каком смысле.
"Мистер Гарджери, говорит, вы с мистером Пипом переписку поддерживаете?"
Как я один раз получил от вас письмо, то, значит, и ответил:
"Поддерживаю". (Когда я венчался с вашей сестрой, сэр, я отвечал:
"Обещаю"; а когда говорил с твоей благодетельницей, Пип. то ответил:
"Поддерживаю".)
"Так, пожалуйста, говорит, передайте ему, что мисс Эстелла возвратилась домой и хотела бы его повидать".
Я почувствовал, что весь заливаюсь краской.
Хорошо, если мое смущение хотя бы отчасти вызвано было мыслью, что, знай я, с чем приехал ко мне Джо, я принял бы его более радушно!
- Когда я пришел домой, - продолжал Джо, - то попросил Бидди, чтобы она тебе про это отписала, но она что-то стала отнекиваться.
Потом Бидди говорит:
"Я, говорит, знаю, ему приятно будет услышать об этом лично.
Сейчас, говорит, праздники, и вам хочется его повидать, вы бы и съездили!" Вот, сэр, теперь я кончил, - сказал Джо, вставая с места, - и желаю тебе, Пип, доброго здоровья и всяческого благополучия.
- Ты разве уже уходишь, Джо?
- Да, ухожу, - сказал Джо.
- Но ты придешь обедать, Джо?
- Нет, не приду, - сказал Джо.
Мы посмотрели друг другу в глаза, и, когда Джо протянул мне руку, ничего связанного с "сэром" уже не было в его благородном сердце.
- Пип, милый ты мой дружок, в жизни, можно сказать, люди только и делают, что расстаются. Кто кузнец, кто жнец, а кто и повыше.
Вот и нужно расходиться в разные стороны, и тут уж ничего не попишешь.
Если сегодня что вышло не так, в этом только я один виноват.
В Лондоне нам с тобой вместе нечего делать, не то что дома, - там все свои люди, все друзья, и все понятно.
Ты не думай, что я гордый, просто я хочу быть сам собой, и ты меня больше не увидишь в этом наряде.
Я в этом наряде не могу быть сам собой.
Я только и бываю сам собой что в кузнице, и в своей кухне, да еще на болотах.
И тебе я больше придусь по душе, если ты будешь вспоминать меня таким - в кузнице, с молотом, либо, на худой конец, с трубкой.
Я больше придусь тебе по душе, если ты, положим, захочешь меня повидать, приедешь и заглянешь в окошко в кузницу и увидишь - стоит там кузнец Джо у старой наковальни, в старом прожженном фартуке, и работает как работал.
Я хоть и очень туп, а все-таки, кажется, сумел сказать, что хотел.
И храни тебя бог, Пип, милый ты мой дружок, храни тебя бог!
Я не ошибся - в его простоте было много спокойного достоинства.
Нелепый его наряд так же мало помешал мне почувствовать это, как если бы мы встретились в раю.
Он легко притронулся к моему виску и ушел.
Немного придя в себя, я выбежал на улицу, посмотрел в одну сторону, в другую, - но он исчез.
ГЛАВА XXVIII
Было ясно, что на следующий день мне нужно ехать в наш город; и в первом порыве раскаяния мне было столь же ясно, что я должен остановиться у Джо.
Но после того как я заказал себе место на козлах на завтрашний дилижанс и съездил предупредить мистера Покета, второе из этих положений казалось мне уже не таким бесспорным, и я стал измышлять всяческие предлоги, чтобы переночевать в "Синем Кабане".
У Джо я только всех стесню; меня не ждут и не успеют приготовить мне постель; я буду слишком далеко от мисс Хэвишем, а она такая привередливая, ей это может не понравиться.
Нет на свете обмана хуже, чем самообман, а я, конечно, плутовал сам с собой, выдумывая эти отговорки.
Любопытное дело!
Не диво, если бы я, по незнанию, принял от кого-нибудь фальшивые полкроны; но как я мог посчитать за полноценные деньги монету, которую сам же чеканил?
Услужливый незнакомец, предложив мне, безопасности ради, покрепче свернуть мои кредитные билеты, опускает билеты в карман и подсовывает мне завернутую в бумагу ореховую скорлупу; но чего стоит этот фокус по сравнению с моим? Я сам завертываю в бумагу ореховую скорлупу и подсовываю ее себе под видом кредитных билетов!