— Ты же знаешь, что мне еще не по средствам жениться.
В конце концов я только на первом курсе и целых шесть лет не буду зарабатывать ни гроша.
— А я тебя и не упрекаю.
Я бы все равно за тебя не пошла, хоть ты тут ползай передо мной на коленях.
Он не раз уже думал, не жениться ли ему на ней, но эта мысль приводила его в ужас.
В Париже он пришел к убеждению, что брак — смешной мещанский пережиток.
К тому же он знал, что постоянная связь с этой женщиной будет его гибелью.
Он был полон предрассудков своего класса, и его ужасала мысль о женитьбе на официантке.
Жена из простонародья помешает ему получить приличную практику.
Наконец, денег у него в обрез, он едва дотянет до получения диплома; он не мог бы содержать жену, даже если бы они условились не иметь детей.
Он вспомнил Кроншоу, привязанного к вульгарной девке, и содрогнулся.
Он представлял себе, во что превратится Милдред с ее жеманными манерами и пошленькой душой; нет, жениться на ней просто невозможно.
Но все это он решал рассудком; чувство же подсказывало ему, что он должен получить ее любой ценой, и, если не сможет этого добиться без брака, он женится на ней, будь что будет.
Пусть дело кончится катастрофой — ему все равно.
Когда у него появлялась какая-нибудь мысль, она завладевала им целиком, ни о чем другом он не мог думать; к тому же он отлично умел убеждать себя в правильности того, чего ему хотелось.
Один за другим он отбрасывал все разумные аргументы против этого брака.
С каждым днем он все больше привязывался к ней; неудовлетворенное чувство делало его злым и раздражительным.
«Ну, если я на ней женюсь, тут уж я заставлю ее заплатить за все мучения, которые от нее терплю»,— говорил он себе.
Наконец он почувствовал, что не может больше этого вынести.
Однажды вечером после обеда в маленьком ресторанчике в Сохо, где они теперь часто бывали, он сказал:
— Послушай, ты серьезно сказала на днях, что не выйдешь за меня замуж, даже если я попрошу?
— Ну да, а что?
— Я не могу жить без тебя.
Я хочу, чтобы ты была со мной все время.
Я старался в себе это подавить, но не смог.
Теперь уж я и бороться перестал: видно, это на всю жизнь.
Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Она начиталась достаточно романов, чтобы знать, как подобает отвечать в таких случаях.
— Я, конечно, очень благодарна тебе, Филип.
Твое предложение для меня — большая честь.
— Не болтай чепухи.
Ты выйдешь за меня замуж?
— А ты уверен, что мы будем счастливы?
— Нет.
Ну и что из этого?
Слова вырвались у него против воли.
Они ее удивили.
— Вот чудак!
Зачем тогда ты хочешь на мне жениться?
К тому же ты сказал, что тебе это не по карману.
— У меня еще осталось около тысячи четырехсот фунтов.
Вдвоем жить не дороже, чем одному.
Нам хватит моих денег, пока я не получу диплома и не пройду практики в госпитале, а потом я наймусь к кому-нибудь ассистентом.
— Значит, ты еще целых шесть лет ничего не будешь зарабатывать?
И пока что нам придется жить на четыре фунта в неделю?
— Нет, на три, не больше.
Мне надо платить за учение.
— А сколько ты будешь получать, работая ассистентом?
— Три фунта в неделю.
— Да неужели тебе надо зубрить все эти годы да еще и потратить весь твой капитал на то, чтобы в конце концов зарабатывать три фунта в неделю?