Мендоса (с уничтожающим великодушием). Друг мой, я — исключение из всех правил.
Совершенно верно: я имею честь принадлежать к еврейской нации; и когда сионистам понадобится глава, чтобы вновь объединить наш народ на его исторической родине в Палестине, Мендоса не последним предложит свои услуги. Сочувственные аплодисменты, крики: «Слушайте, слушайте»! и т. д.
Но я не раб предрассудков.
Я проглотил все формулы, вплоть до формулы социализма; хотя, в известном смысле, кто раз стал социалистом, тот остается им навсегда.
Социал-демократы.
Слушайте, слушайте!
Мендоса.
Тем не менее я твердо знаю, что обыкновенный человек — даже обыкновенный бандит, которого едва ли можно назвать обыкновенным человеком… Крики: «Слушайте, слушайте!» …не философ.
С него достаточно здравого смысла; а в нашем деле я и сам готов удовольствоваться здравым смыслом.
Но скажите, для какого дела мы собрались здесь, в Сьерра-Неваде, которую мавры считали красивейшим уголком Испании?
Чтобы вести туманные дискуссии на темы политической экономии?
Нет. Чтобы задерживать автомобили и способствовать более справедливому распределению материальных благ.
Мрачный социал-демократ.
Являющихся продуктом труда — не забывайте этого.
Мендоса (с изысканной вежливостью). Без всякого сомнения.
И этот продукт труда богатые бездельники готовятся растранжирить в притонах разврата, обезображивающих солнечные берега Средиземного моря.
Мы перехватываем у них эти материальные блага.
Мы вновь пускаем их в обращение среди того класса, который их произвел и больше всех в них нуждается, рабочего класса.
Мы совершаем это, рискуя свободой и жизнью, путем упражнения таких добродетелей, как мужество, выносливость, предусмотрительность и воздержание, особенно воздержание.
Я сам вот уже три дня не ел ничего, кроме кактусов и рагу из дикого кролика.
Мрачный социал-демократ (упрямо). Мы тоже.
Мендоса (возмущенно). Я, кажется, не брал себе больше, чем мне полагается.
Мрачный социал-демократ (нисколько не тронутый). Еще чего!
Анархист.
А если бы и брал?
Каждому по потребностям, от каждого по способностям.
Француз (потрясая кулаком перед анархистом). Fumiste![137]
Мендоса (дипломатично). Я согласен с вами обоими.
Чистокровные английские бандиты.
Слушайте, слушайте!
Браво, Мендоса.
Мендоса.
Моя мысль вот в чем; будем относиться друг к другу как джентльмены и состязаться в доблести только на поле битвы.
Шумный социал-демократ (язвительно). Чем не Шекспир?!
Со скалы доносится свист.
Пастух вскочил на ноги и возбужденно тычет пальцем в сторону дороги.
Пастух.
Машина!
Машина! (Бежит вниз и смешивается с толпой бандитов, которые тоже повскакали со своих мест.)
Мендоса (звонко). К оружию!
У кого винтовка?
Мрачный социал-демократ (передает ему винтовку). Вот она.
Мендоса.
Гвозди рассыпаны на шоссе?
Мрачный социал-демократ.
Целых две унции.
Мендоса.
Хорошо! (Французу.) Дюваль, за мной!
Если гвозди не помогут, вы продырявите шины пулей. (Передает винтовку Дювалю, который следом за ним взбирается на скалу.
Мендоса вынимает театральный бинокль.)