— Он заплатил за неделю вперед.
Значит, кто бы он там ни был, вам нельзя будет отделаться от него раньше чем через неделю.
И он говорит, у него куча багажа, который доставят завтра.
Будем надеяться, что это не ящики с камнями.
Тут он рассказал, как какой-то приезжий с пустыми чемоданами надул его тетку в Гастингсе.
В общем, разговор с Тедди возбудил в Холле какое-то смутное подозрение.
— Ну, трогай, старуха! — прикрикнул Холл на свою лошадь.
— Надо будет навести порядок.
А Тедди, облегчив душу, пошел своей дорогой уже в лучшем настроении.
Однако вместо того, чтобы наводить порядок, Холлу по возвращении домой пришлось выслушать множество упреков за то, что он так долго пробыл в Сиддербридже, а на свои робкие вопросы о новом постояльце он получил резкие, но уклончивые ответы.
Но все же семена подозрения, зароненные часовщиком в душу Холла, дали ростки.
— Вы, бабы, ничего не смыслите, — сказах мистер Холл, решив при первом же удобном случае разузнать подробней, кто такой приезжий.
И после того как постоялец ушел в свою спальню — это было около половины десятого, — мистер Холл с весьма вызывающим видом вошел в гостиную и стал внимательно оглядывать мебель, как бы желая показать этим, что тут хозяин он, а не приезжий; он презрительно взглянул на лист бумаги с математическими выкладками, который оставил незнакомец.
Ложась спать, мистер Холл посоветовал жене внимательно присмотреться, что за багаж завтра доставят постояльцу.
— Не суйся не в свое дело, — оборвала его миссис Холл. — Смотри лучше за собой, а я без тебя управлюсь.
Она тем более сердилась на мужа, что приезжий действительно был какой-то странный, и в душе она сама беспокоилась.
Ночью она вдруг проснулась, увидев во сне огромные глазастые головы, похожие на брюквы, которые тянулись к ней на длинных шеях.
Но, будучи женщиной рассудительной, она подавила свой страх, повернулась на другой, бок и снова уснула.
3. Тысяча и одна бутылка
Итак, девятого февраля, когда только начиналась оттепель, неведомо откуда появился в Айпинге странный незнакомец.
На следующий день в слякоть и распутицу его багаж доставили в трактир. И багаж этот оказался не совсем обычным.
Оба чемодана, правда, ничем не отличались от тех, какие обычно бывают у путешественников; но, кроме них, прибыл ящик с книгами — большими, толстыми книгами, причем некоторые были не напечатаны, а написаны чрезвычайно неразборчивым почерком, — и с дюжину, если не больше, корзин, ящиков и коробок, в которых лежали какие-то предметы, завернутые в солому; Холл, не преминувший поворошить солому, решил, что это бутылки.
В то время как Холл оживленно болтал с Фиренсайдом, возницей, собираясь помочь ему перенести багаж в дом, в дверях показался незнакомец в низко надвинутой шляпе, в пальто, перчатках и шарфе.
Он вышел из дому и даже не взглянул на собаку Фиренсайда, лениво обнюхивавшую ноги Холла.
— Несите ящики в комнату, — сказал он.
— Я и так уж заждался.
С этими словами он спустился с крыльца и подошел к задку подводы, собираясь собственноручно унести небольшую корзину.
Завидев его, собака Фиренсайда злобно зарычала и ощетинилась; когда же он спустился с крыльца, она подскочила и вцепилась ему в руку.
— Куш! — крикнул Холл, вздрагивая, так как всегда побаивался собак, а Фиренсайд заорал:
— Ложись! — и схватился за кнут.
Они видели, как зубы собаки скользнули по руке незнакомца, услышали звук пинка; собака подпрыгнула и вцепилась в ногу незнакомца, после чего раздался треск разрываемых брюк.
В это время кончик кнута Фиренсайда настиг собаку, и она, заскулив от обиды и боли, спряталась под повозку.
Все это произошло за какие-нибудь полминуты.
Никто не говорил, все кричали.
Незнакомец быстро взглянул на разорванную перчатку и штанину, сделал движение, будто хотел нагнуться, затем повернулся и бегом взбежал на крыльцо.
Они услышали, как он торопливо прошел по коридору и застучал каблуками по деревянной лестнице, которая вела в его комнату.
— Ах ты, тварь эдакая! — выругался Фиренсайд, слезая на землю с кнутом в руке, в то время как собака зорко следила за ним из-за колес.
— Иди сюда! — крикнул Фиренсайд. — Не то хуже будет!
Холл стоял в смятении, разинув рот.
— Она укусила его, — заговорил он.
— Пойду посмотрю, что с ним. — И он зашагал вслед за незнакомцем.
В коридоре он встретил жену и сказал ей: — Постояльца искусала собака Фиренсайда.
Он поднялся по лестнице. Дверь незнакомца была приоткрыта, он распахнул ее и вошел в комнату без особых церемоний, спеша выразить свое сочувствие.
Штора была спущена, и в комнате царил полумрак.
Холл успел заметить что-то в высшей степени странное, похожее на руку без кисти, занесенную над ним, и лицо, состоявшее из трех больших расплывчатых пятен на белом фоне, очень похожее на бледный цветок анютиных глазок.
Потом сильный толчок в грудь отбросил его в коридор, дверь захлопнулась перед самым его носом, и он услышал, как щелкнул ключ в замке.
Все это произошло так быстро, что Холл ничего не успел сообразить.
Мелькание каких-то смутных теней, толчок, боль о груди.
И вот он стоит на темной площадке перед дверью, спрашивая себя, что же это он такое видел.
Немного погодя он присоединился к кучке людей, собравшейся на улице перед трактиром.