Почему ты не взяла письмо у майора?
— Успокойся, Стелла.
По возвращении в Лондон майор наведет справки о вдове и детях.
— «По возвращении»! — повторила Стелла с негодованием.
— Кто знает, что придется выстрадать беднякам в это время и что почувствует Ромейн, услышав когда-нибудь о их страданиях.
Повтори мне адрес. Ты сказала, это где-то в Элингтоне?
— Зачем тебе знать адрес? — спросила леди Лоринг.
— Неужели ты хочешь написать Ромейну?
— Я подумаю, прежде чем решусь на что-нибудь.
Если ты не доверяешь моему благоразумию, то лучше прямо скажи об этом.
Она говорила резко.
В тоне, которым ей ответила леди Лоринг, также звучала нотка нетерпения.
— Делай как хочешь! Не буду вмешиваться в твои дела!
Ее неудачный визит к Ромейну явился предметом спора между подругами, и теперь она намекала на это.
— Ты получишь адрес, — величественно объявила миледи и, написав его на клочке бумаги, вышла из комнаты.
Легко выходившая из себя леди Лоринг так же скоро успокаивалась.
Злопамятность, этот самый мелочный из пороков, была чужда ей.
Через пять минут она уже раскаивалась в своей вспышке, а потом, подождав еще пять минут на тот случай, если б Стелла первая пришла искать примирения, и видя, что ее ожидания напрасны, она задала себе вопрос:
— Не обидела ли я ее в самом деле?
В следующую минуту она направилась в комнату Стеллы, но Стеллы там не было.
Леди Лоринг позвонила.
— Где мисс Эйрикорт?
— Они ушли со двора, миледи.
— Мисс Эйрикорт ничего не приказала передать мне?
— Нет, миледи.
Они очень спешили.
Леди Лоринг сразу догадалась, что Стелла решилась принять дело о семье генерала в свои руки.
Можно ли было предвидеть, к чему могло повести такое необдуманное решение?
После колебаний, размышлений и новых колебаний леди Лоринг не могла сдержать своего беспокойства.
Она не только решила последовать за Стеллой, но, будучи под влиянием нервного возбуждения, взяла с собой слугу на случай надобности.
XII СЕМЕЙСТВО ГЕНЕРАЛА
Не всегда отличавшаяся сообразительностью, леди Лоринг на этот раз не ошиблась.
Стелла остановила первый попавшийся ей кеб и приказала извозчику ехать в Кемп-Гилл, Элингтон.
При виде бедной, узкой улицы, заканчивавшейся тупиком и заполненной грязными детьми, ссорившимися за игрой, мужество Стеллы на минуту поколебалось.
Даже извозчик, высадив ее у въезда на улицу, сказал, что молодой леди не безопасно одной посещать такое место.
Стелла подумала о Ромейне.
Твердая уверенность в том, что она помогает ему в благом деле, которое казалось ему вместе с тем делом искупления, оживила ее храбрость.
Она смело подошла к отворенной двери дома №10 и постучалась.
На лестнице, поднимавшейся из темного пространства, пропитанного запахом кухни, показалось грязное лицо безобразной старухи с всклокоченными седыми волосами.
— Чего вам? — спросила, высунувшись до половины, эта ведьма лондонских вертепов.
— Здесь живет мадам Марильяк? — спросила Стелла.
— Иностранка-то?
— Да.
— На втором этаже.
Сообщив это, верхняя половина ведьмы снова ушла в землю и исчезла.
Стелла, подобрав юбки, стала впервые в жизни взбираться по грязной лестнице.
Хриплые голоса, брань и грубый хохот за запертой дверью первого этажа заставили ее поспешить взобраться на лестницу, ведущую вверх.
Здесь было лучше, по крайней мере тихо.
Стоя на площадке, она постучала.
Нежный голос ответил по-французски «entrez», но затем тотчас повторил по-английски: