Для нее было достаточно того, что секретарь Ромейна был в то же время и его другом.
Проходя мимо именитых гостей, искавших случая поговорить с ней, она подошла к застенчивому, нервному, грустному Пенрозу и сделала все возможное, чтобы улучшить его настроение.
— Кажется, мистер Пенроз, вам здесь не особенно нравится?
Произнося эти слова, она остановилась.
Пенроз смотрел на нее застенчиво, но с таким выражением участия, какое она еще ни разу не подмечала в нем.
— Неужели Ромейн рассказал ему все? — подумала она.
— Здесь прекрасно, мисс Эйрикорт, — отвечал он тихо и спокойно.
— Вы приехали сюда с мистером Ромейном? — спросила она.
— Да.
Я по его совету принял приглашение, которым леди Лоринг почтила меня.
Я не привык к таком обществу, но был бы готов и на гораздо большие жертвы, лишь бы сделать приятное мистеру Ромейну Она ласково улыбнулась.
Такая искренняя привязанность к человеку, которого она любила, понравилась ей и тронула ее.
Желая найти тему для разговора, способную заинтересовать его, она преодолела свою антипатию к домашнему духовнику.
— Отец Бенвель будет здесь сегодня? — спросила она.
— Вероятно, мисс Эйрикорт.., если только вовремя вернется в Лондон.
— Он давно уехал?
— С неделю.
Не зная, что сказать дальше, Стелла продолжала оказывать любезность Пенрозу, притворяясь, что интересуется отцом Бенвелем.
— Ему предстоит далекий путь до Лондона? — спросила она.
— Да, он едет из Девоншира.
— Из южного Девоншира?
— Нет.
Он был в северном Девоншире, в Кловелли.
Улыбка мгновенно исчезла с ее лица.
Почти не скрывая стоящего ей усилия и нетерпения, с которым ожидала ответа, она задала еще один вопрос:
— Окрестности Кловелли знакомы мне, — сказала она.
— Может быть, отец Бенвель в гостях у кого-нибудь из моих тамошних знакомых?
— Я ничего не могу сказать вам, мисс Эйрикорт.
Письма его преподобия пересылаются в гостиницу. Кроме этого, мне ничего неизвестно.
С легким наклоном головы, она обернулась в сторону прочих гостей, посмотрела назад и, в последний раз обратившись к нему, приветливо сказала:
— Если вы любите музыку, мистер Пенроз, то советую вам пойти в картинную галерею: там собираются играть квартет Моцарта.
Пенроз поблагодарил ее, отметив при этом, что ее голос и манеры сделались крайне сдержанны.
Стелла вернулась в комнату, где хозяйка принимала гостей.
Леди Лоринг была в это время одна и сидела на диване.
Стелла нагнулась к ней и сказала, слегка понизив голос:
— Если отец Бенвель приедет сегодня вечером, постарайтесь узнать, что он делал в Кловелли.
— Кловелли? — повторила леди Лоринг.
— Не деревня ли это близ Винтерфильда?
— Да.
II ВОПРОС О БРАКЕ
В то время когда Стелла отвечала леди Лоринг, одна очень живая гостья слегка коснулась веером ее плеча.
Этой гостьей была очень маленькая женщина, со сверкавшими глазками и постоянной улыбкой на лице.
Ее природные прелести, подправленные с помощью пудры и румян, выставлялись напоказ благодаря обнаженным плечам, рукам и глубокому декольте.
Материала на платье пошло немного, но по качеству материи и своему фасону оно было совершенством.
Более прелестного цвета, фасона и работы никогда не появлялось даже на модных картинах.
Ее светлые волосы были причесаны бахромой и локонами по моде, известной нам только по портретам времен Карла Второго.
Она была не совсем молода, не совсем стара, и только голос ее звучал с легкой хрипотой вследствие утомления от беспрестанной болтовни в течение многих лет.
К этому можно прибавить, что она была подвижна, как белка, и игрива, как котенок.
Но будем говорить об этой леди с некоторой сдержанностью по той веской причине, что она мать Стеллы.
Девушка быстро обернулась при легком касании веера.