— Она по-прежнему преподает в Хиллсовере и ждет своего миссионера!
Он так и не вернулся.
Берри Сирлс говорит, что когда ее миссионер выходит на прогулку, то всегда идет в сторону от Соединенных Штатов, чтобы не сокращать разделяющее их расстояние.
— Как нехорошо! — сказала Кейти, хотя тоже не смогла удержаться от смеха.
— Мисс Джейн была довольно милой… нет, не то чтобы милой, но были у нее и хорошие качества.
— Были? Никогда не замечала, — иронически возразила Роза.
— Для того чтобы это заметить, нужны такие глаза, как твои: «лупы сверхсильные, с увеличением в два миллиона раз».
Что касалось меня, то она всегда была сплошь зубы и когти. Но, думаю, она действительно питала слабость к тебе, Кейти, и это единственное хорошее, что мне о ней известно.
— А куда делась Лили Пейдж? — спросила Эллен.
— Она в Европе вместе с матерью.
Думаю, Кейти, вы с ней встретитесь там, и какое же это будет удовольствие!
А про Беллу вы слыхали? Она преподает в школе на индейской территории.
Только вообразите, эта малявка — учительница!
— А это не опасно? — спросила Мэри Силвер.
— Опасно?
Для ее учеников, ты хочешь сказать?
Ах, из-за индейцев!
Ну что ж, если она осталась верна своей любимой помаде для волос, ее скальп будет легко опознать; это единственное утешение! — заявила неисправимая Роза.
Это и в самом деле был веселый обед — так, похоже, считала маленькая Роза, которая смеялась и беспрестанно что-то лепетала.
Подруги были в восторге от нее и без голосования на основании единодушного одобрения объявили ее почетным членом ОИЛ.
За ее здоровье со всеми почестями выпили минеральной воды, а Роза в шутливой речи поблагодарила присутствующих.
Девушки рассказали друг другу о том, что произошло с ними за эти три года; но было странно, как, в сущности, мало большинство из них могли о себе рассказать.
Хотя, возможно, причина заключалась в том, что они говорили далеко не все; так, Элис Гиббоне шепотом сообщила Кейти, что, по ее подозрениям, Эстер помолвлена, и в ту же минуту Эллен Грей потрясла Розу известием о том, что некий студент-богослов из Эндовера «очень ухаживает» за Мэри Силвер.
— Дорогая моя, я не верю, — заявила Роза. — Даже студент-богослов и тот не осмелился бы! А если б и осмелился, то я совершенно уверена, что Мэри сочла бы это крайне неприличным.
Ты, Эллен, должно быть, ошибаешься.
— Нет, не ошибаюсь. Этот студент-богослов — мой троюродный брат, и его сестра все мне рассказала.
Они не помолвлены, но она не сказала «нет», так что он надеется, что она все-таки скажет «да».
— О, она никогда не скажет «нет», но и «да» она тоже никогда не скажет!
Ему лучше принять ее молчание за знак согласия.
Вот уж не думала, что доживу до того, чтобы увидеть Мэри Силвер замужем.
Скорее уж я могла ожидать, что тридцать девять догматов предадутся флирту.
Впрочем, она такая милая — золотой человек. Я буду считать, что твоему троюродному брату очень повезло, если он сумеет уговорить ее.
— Интересно, Кейти, где будем все мы к тому времени, когда ты вернешься, — сказала Эстер Дирборн, когда девочки прощались у ворот.
— Год — очень долгий срок; самые разные события могут произойти за год.
Эти слова все еще звучали в ушах Кейти, когда она засыпала в ту ночь.
«Самые разные события могут произойти за год, — думала она, — и не все оказаться радостными».
Она почти пожалела о том, что ей вообще пришло в голову согласиться ехать в Европу!
Но когда на следующее утро она проснулась, ее ждал яснейший из октябрьских дней. С безоблачного неба сияло яркое солнце, и дурные предчувствия исчезли сами собой.
Более приятного дня для отплытия и быть не могло.
В город они с Розой отправились пораньше, так как накануне старая миссис Реддинг взяла с Кейти обещание, что перед отъездом та зайдет к ней на несколько минут — попрощаться.
Они застали ее сидящей, как обычно, у камина, хотя окна были открыты и в комнату лился согретый солнцем воздух.
На столике стояла маленькая корзинка с виноградом, а на ней — букет чайных роз.
Это был подарок от матери Розы, который Кейти предстояло взять с собой на борт парохода. А рядом с корзинкой лежало еще что-то — маленький сверточек в тонкой белой бумаге.
— Это мой прощальный подарок, — сказала добрая старая леди.
— Не разворачивай сейчас.
Подожди, пока будешь в море. И купи на это какую-нибудь маленькую вещицу в Европе на память обо мне.
Благодарная и недоумевающая, Кейти положила маленький сверточек в карман, а затем с поцелуями и добрыми пожеланиями она и ее новые друзья попрощались. Кейти и Роза сели в экипаж и поехали на пристань, остановившись по пути, чтобы взять с собой мистера Брауна.
Они немного запоздали, так что времени для прощания оставалось мало, но Роза все же сумела улучить минутку для секретной беседы со стюардшей, которой предстояло обслуживать пассажиров в каютах.
Кейти, занятая разговором с миссис Эш и Эми, ничего не заметила.
Ударили в колокол, и огромный пароход медленно попятился, а затем развернулся носом в сторону моря и пошел по заливу, оставив Розу и ее мужа на пирсе, все еще машущих носовыми платками.