Кейти подозревала, что их сочинила Луиза, а Роза подозревала, что Кейти.
На шестом листке было написано очень мало.
"Слово : Когда.
Вопрос: Вы согласны?
Если б не была согласна, то сказала бы
Когда… Ох, мне никак!"
— Что за необыкновенная рифма! — начала Кловер но Роза, заметив, что Мэри краснеет и смотрит очень огорченно, торопливо вставила:
— Отлично.
Жаль, что не я это написала.
Продолжай, Кейти.
И Кейти продолжила:
— "Слово : Бесчувственность.
Вопрос: Пойдете ли вы на рыбную ловлю или предпочтете другое занятие?
Я не без чувства состраданья —
Зачем мне слушать рыб рыданья?"
— Но что-то я не вижу в этом стихе заданного слова, — заметила Роза.
— Не напишет ли почтенный автор другой стишок?
«Почтенный автор» не откликнулся на это предложение, но через минуту-две Эстер Дирборн — «без всякой личной заинтересованности», как она заявила, — заметила, что в конце концов «без чувства» — почти то же самое, что и «бесчувственность».
В ответ послышался хор недовольных голосов, а Кейти сказала, что непременно наложит штраф на тех, кто будет и впредь прибегать к подобным хитростям и уловкам.
Но так как это первое собрание, она на сей раз будет снисходительна.
Сделав это заявление, она развернула следующий листок.
— "Слово : Блоха.
Вопрос: Что бы ты сделала, милая?
Что бы сделала я, милая?
Не знаю!
Ставь свои вопросы поточней! Если б ты дала цветы, предполагаю — В вазу их поставила б скорей. Если бы там оказался милый ротик, Поцелуй мой встретил бы его. Если бы сидел, мурлыкая, там котик, Гладила бы — больше ничего. Ты зачем блоху в записке мне прислала? У меня был настоящий шок! Увидав ее, я в ужасе кричала: „Дайте мне персидский порошок!"
В крышке оставались всего два листка.
Один принадлежал самой Кейти.
Она узнала его по тому, как он был свернут, и почти неосознанно избегала его, оставляя напоследок.
Теперь, однако, она набралась смелости и развернула его.
Там стояло слово «корь» и вопрос
«Кто была мать Изобретательности?»
За этим следовали строки:
"Та ночь была темна на горе!
В Ковчеге ночью — вспышка кори!
Все дети Хама, Сима, Иафета,
Не зная, что такое есть конфета, Просили и моллюсков, и картошки,
И в визге жутком заходились крошки.
"Что делать мне? Под ливнем и одной! — Сказала бабушка их, миссис Ной. —
Вот что я сделаю! Возьму изюм,
Спущусь за старой львицей в трюм. Она, конечно, спит, — я разбужу
И крепко к двери детской привяжу.
Дам ей изюм — рычит пусть из последних сил.
А детям, чтоб никто картошки не просил,
Скажу, что к ним впущу сию особу —
Пусть с каждого из них снимает пробу!
Таким путем их вылечу от хвори… В каютах прячутся все взрослые от кори…" Бабули выдумку венчал большой успех! Не оценить все это просто грех! Не побоюсь ее я именно назвать Изобретательности мать!"
— Это гораздо лучше всех остальных! — объявила Элис Гиббонс.
— Интересно, кто его написал?
— Неужели вам так понравилось? — сказала Роза, жеманно улыбаясь и изо всех сил стараясь сделать вид, что краснеет.