День пролетел незаметно.
Когда в десять часов они вышли из дома в сопровождении мистера Эгнью, из-за дерева появилась темная фигура и присоединилась к Кловер.
Это был Кларенс!
— Я решил просто прогуляться по этой дороге, — объяснил он. — Дома было ужасно скучно весь день без вас.
Кловер была невероятно польщена, но удивление миссис Пейдж на следующее утро не знало границ.
— Право же, — сказала она, — я начинаю наконец питать некоторые надежды в отношении Кларенса.
Не припомню, чтобы прежде он хоть раз сопровождал кого-нибудь.
— Слушай, Кловер, — сказал Кларенс вечером накануне того дня, когда девочкам предстояло вернуться в школу. Слушай, может, напишешь когда-нибудь человеку.
— Ты имеешь в виду себя, когда говоришь «человеку»? — засмеялась Кловер.
— Ты же не думаешь, что я имею в виду Джорджа Хикмена или этого осла Илса? — возразил Кларенс.
— Нет, не думаю.
Я не против написать человеку, если этот человек ты, при условии, что человек будет отвечать на мои письма.
Ты будешь отвечать?
— Буду, — грубовато ответил он, — только не показывай моих писем другим девочкам и не смейся над моим почерком, а то я перестану писать.
Лили говорит, что я пишу как курица лапой.
Не так уж много, впрочем, она об этом знает — я ей не пишу!
Ну, обещай писать, Кловер!
— Обещаю, — сказала Кловер, довольная тем, что Кларенс сам предложил переписываться.
На следующее утро девочки уехали в Хиллсовер.
Дружба с Кларенсом и воспоминание о дне, проведенном в гостях у Луизы, были самым приятным, что девочки увезли с собой после этих осенних каникул.
Глава 10
Пачка писем
"Хиллсовер, 21 октября
Дорогая Элси. я не писала тебе в прошлую субботу, так как в этот день мы вернулись в школу и с тех пор у меня не было ни одной минуты свободной.
Мы надеялись, что, может быть. мисс Джейн освободит нас от воскресного изложения, так как это все же был первый день занятий, и я собиралась написать тебе вместо этого, но она не освободила.
Она сказала, что единственный способ удержать девочек от озорства — это чем-нибудь их занять.
Роза Ред уверена, что за время каникул с миссионером мисс Джейн случилось что-то плохое — она ужасно сердитая.
Ах, как это неприятно вернуться и снова слушать ее выговоры!
Не помню, рассказывала ли я тебе о воскресных изложениях.
Мы пишем их после воскресной проповеди и должны привести текст, названия разделов и содержание, сколько сумели запомнить.
Иногда пастор Принс начинает так:
«Я разделю обсуждаемый вопрос на три части» — и говорит, что это будут за части.
Когда он так делает, большинство девочек достает карандаши, записывает, а потом уже не слушает.
Но мы с Кейти слушаем, так как Кейти говорит, что нехорошо не слушать проповедь.
Мисс Джейн делает вид, что читает все наши изложения от начала до конца, но на самом деле не читает, так как однажды Роза Ред, чтобы проверить ее, написала прямо посреди своего изложения:
«В эту минуту я сижу у окна, а по улице идет рыжая корова.
Интересно, не родня ли она корове миссис Секомб?». а мисс Джейн ничего не заметила и все равно поставила ей «отлично».
Смешно, правда?
Еще я должна рассказать тебе о нашем обратном путешествии.
Мистер Пейдж проехал с нами весь путь до школы и был такой милый.
Кларенс ехал с нами в экипаже До станции.
Он сделал мне прощальный подарок — очень красивый ластик и золотой карандаш.
Я думаю, что ты и Дорри тоже полюбили бы Кларенса, только, может быть, поначалу ты сказала бы, что он довольно грубый и сердитый.
Я тоже так думала, но теперь очень его люблю.
Тетя Оливия подарила Кейти вязаный воротничок и манжеты, а мне носовой платочек с вышитым на уголке листиком клевера.
Какая она добрая, правда?
Мне жаль, что я написала в последнемписьме, будто мы не радовались каникулам.
Конечно, каникулы были не очень веселые, но это не совсем вина тети Оливии.
Она хотела, чтобы нам было весело, только не знала, что для этого нужно.
Понимаешь, некоторые люди этого не знают.