Перемену следует искать не в них.
Глава 20
Едва барышни Дэшвуд вошли в гостиную Бартон-парка в одну дверь, в другую вбежала миссис Палмер, такая же оживленная и веселая, как накануне.
Она пожала им всем руки с большой сердечностью и выразила чрезвычайный восторг, что снова их видит.
— Я так вам обрадовалась! — сказала она, садясь между Элинор и Марианной. — День такой хмурый, и я боялась, что вы останетесь дома, а это было бы ужасно! Ведь мы завтра уезжаем.
И ничего нельзя поделать, потому что на той неделе мы ждем Уэстонов.
Мы же приехали сюда так неожиданно! Я ничего и не знала, как вдруг подают карету, и мистер Палмер спрашивает, поеду ли я с ним в Бартон.
Он такой чудак!
Никогда ни о чем меня не предупреждает!
Мне так жаль, что мы не сможем остаться подольше. Однако, надеюсь, мы очень скоро увидимся в Лондоне!
Им пришлось положить конец этим надеждам.
— Как! Не приедете в Лондон? — воскликнула миссис Палмер со смехом.
— Я буду так огорчена!
Я могу снять для вас чудеснейший дом, совсем рядом с нами, на Гановер-сквер.
Нет, вы должны, должны приехать!
Если миссис Дэшвуд не пожелает появляться в обществе, я буду вас сопровождать, пока не подойдет мое время.
Они поблагодарили ее, но остались тверды.
— Ах, любовь моя, — воззвала миссис Палмер к мужу, который как раз вошел в гостиную, — помоги мне убедить мисс Дэшвуд и ее сестриц, что им непременно надо зимой приехать в Лондон.
Ответа от ее любви не последовало, и, слегка поклонившись гостям, он начал бранить погоду.
— Такая гадость! — сказал он.
— В подобную погоду все и вся кажется омерзительным.
Дождь наводит скуку в доме не менее, чем снаружи.
На знакомые лица смотреть противно.
Какого дьявола сэр Джон не поставил у себя бильярда?
Мало кто знает, что это за чудесное развлечение.
Сэр Джон глуп, как эта погода!
Вскоре к ним присоединились и остальные.
— Боюсь, мисс Марианна, — сказал сэр Джон, — сегодня вам пришлось отказаться от вашей обычной прогулки в Алленем.
Марианна нахмурилась и ничего не ответила.
— Ах, не таитесь от нас! — воскликнула миссис Палмер. — Нам все-все известно, уверяю вас. И я восхищена вашим вкусом, он ведь редкий красавец!
И, знаете ли, в деревне мы почти соседи.
От нас до его имения, право, не более десяти миль.
— По меньшей мере тридцать, — сказал ее муж.
— А! Ну, что за разница!
В доме у него я не бывала, но, говорят, там все прелестно.
— Более гнусного сарая мне видеть не приходилось, — сказал мистер Палмер.
Марианна хранила молчание, но по ее лицу было видно, с каким интересом она слушает.
— Неужели все там так уж безобразно? — продолжала миссис Палмер. — Значит, мне говорили про какой-то другой очаровательный дом.
Когда они сели за стол, сэр Джон с сожалением заметил, что их всего восемь.
— Душа моя, — сказал он, обращаясь к своей супруге, — какая досада, что нас так мало.
Почему ты не пригласила Гилбертов приехать к нам сегодня?
— Разве, сэр Джон, когда вы говорили со мной об этом, я не объяснила вам, что вы просите невозможного?
Ведь последними обедали они у нас.
— Мы с вами, сэр Джон, о таких церемониях и думать не стали бы, — сказала миссис Дженнингс.
— И показали бы, что дурно воспитаны! — вскричал мистер Палмер.
— Любовь моя, вы всех опровергаете, — заметила его жена с обычным своим смехом.
— Знаете ли, это очень грубо.
— Не вижу, кого я опровергал, сказав, что ваша мать дурно воспитана.
— Поносите, поносите меня сколько вашей душе угодно, — вмешалась его добродушная теща. — Шарлотту с шеи у меня вы сняли и назад водворить ее не можете.
Тут уж верх остается за мной.