Боль, какой я еще не знал, холод, тошнота, невыносимое гудение над головой, похожее на хлопанье тысяч крыльев.
Я открываю ослепшие глаза, размахиваю руками, дрожу и кричу.
Из этого состояния я вышел, только ощутив, как меня грубо и настойчиво трясет чья-то рука.
Доктор Штраус.
— Слава богу, — прошептал он, когда я осмысленно поглядел на него.
— Я не знал, что делать.
— Со мной все в порядке.
— Хватит на сегодня.
Я встал и покачнулся.
Кабинет показался мне очень маленьким.
— Да, хватит, и не только на сегодня. Навсегда.
Доктор Штраус, конечно, расстроился, но не стал переубеждать меня.
Я надел пальто и вышел.
5 октября
Печатание на машинке стало вызывать у меня затруднения, а думать вслух перед включенным магнитофоном я не умею.
Я долго откладывал написание этого отчета, пока не решил, что это важно и я не сяду ужинать, не написав чего-нибудь. Чего угодно.
Утром снова прибыл посыльный от профессора Немура.
Он хотел, чтобы я пришел в лабораторию и сделал несколько тестов, тех же самых, что и раньше.
Сначала мне показалось, что так и надо — ведь они до сих пор платят мне деньги, да и эксперимент нужно закончить. Но когда я явился в университет и начал работать с Бартом, то понял, как это стало невыносимо.
Первым был нарисованный лабиринт.
Я помнил, как легко решал такие задачки, когда соревновался с Элджерноном, и ясно почувствовал, насколько медленнее я все это делаю сейчас.
Барт протянул руку за листком, но я порвал его и бросил клочки в корзину для мусора.
— Хватит.
Пора кончать с лабиринтами.
Меня занесло в тупик — вот и все.
Барт испугался, что я сейчас уйду, и стал уговаривать меня:
— Не надо так, Чарли, успокойся.
— Что ты имеешь в виду, говоря мне «успокойся»?
Ты не понимаешь, что происходит со мной?
— Нет, но могу себе представить.
Нам всем очень плохо.
— Прибереги сочувствие для кого-нибудь другого.
Он смутился, и только тут до меня дошло, что это совсем не его вина.
— Прости… Как твои дела?
Закончил диплом?
Он кивнул.
— Его сейчас перепечатывают.
В феврале получу своего доктора философии.
— Примерный мальчик! — я похлопал его по плечу, показывая, что не злюсь больше.
— Копай глубже.
Ничего нет лучше образования.
Забудь, что я тут наговорил, я сделаю все, что ты попросишь.
Кроме лабиринта.
— Немур просил проверить тебя по Роршаху.
— Решил заглянуть в самые дебри?
И что же он надеется там найти?
Наверно, вид у меня был печальный, и Барт дал задний ход:
— Не хочешь, не надо.
В конце концов, никто тебя не заставляет…
— Ладно, поехали.