Скажу вам откровенно, в настоящее время я весьма занят и согласился заняться вашим ребенком только потому, что интересуюсь именно такими случаями задержки развития.
Так что если у вас есть сомнения…
Он с печальным видом замолкает и отворачивается, но Роза локтем толкает Матта в бок.
— Мой муж просто неудачно выразился, доктор.
Он часто говорит невпопад.
— Взглядом она умоляет Матта извиниться.
Матт вздыхает.
— Если существует способ помочь Чарли, мы сделаем все, что от нас требуется.
Но дела идут плохо.
Я торгую парикмахерскими принадлежностями и буду рад…
— Хочу сразу предупредить вас вот о чем, — доктор Гуарино складывает губы трубочкой, словно принимая важное решение.
— Начав курс лечения, мы не должны прерывать его.
Улучшение может наступить внезапно, после долгих месяцев безрезультатных на первый взгляд усилий.
Я не обещаю непременного успеха, избави Боже.
Ничего не гарантирую.
Но вы должны слушаться меня во всем, иначе не стоит и начинать.
Он внимательно смотрит на родителей, давая им время осознать важность разговора. Его брови кажутся белыми абажурами, под которыми горят две яркие голубые лампочки.
— Прошу вас выйти. Я осмотрю мальчика.
Матту не хочется оставлять Чарли наедине с ним, но Гуарино неумолим.
— Так будет лучше, — говорит он, выталкивая их в приемную.
— Психосубстанционные тесты дают наиболее достоверные результаты, когда я один на один с пациентом.
Внешние раздражения вызывают массу побочных эффектов.
Роза торжествующе улыбается мужу, и Матт покорно выходит вслед за ней.
Доктор Гуарино гладит Чарли по голове.
У него добрая улыбка.
— Все в порядке, мальчик.
Ложись на кушетку.
Чарли не двигается с места. Тогда доктор осторожно поднимает его, кладет и пристегивает тяжелыми ремнями.
Кушетка пахнет кожей и потом.
— Мама-а-а!
— Она за дверью.
Не бойся, Чарли, тебе совсем не будет больно.
— Хочу маму!
— Чарли смущен тем, что ему нельзя двигаться.
Он не понимает происходящего, но уже встречался с врачами, которые не были так добры, выпроводив родителей из кабинета.
Гуарино пробует удержать его:
— Успокойся, мой хороший.
Видишь эту большую машину?
Знаешь, что я хочу сделать?
Чарли вспоминает слова матери:
— Сделать меня умным.
— Правильно.
По крайней мере ты знаешь, зачем пришел сюда.
Закрой глаза и лежи тихо, пока я включу ее.
Она зашумит, как самолет, но тебе ни капельки не будет больно.
И, может быть, она сделает тебя чуть-чуть умнее.
Гуарино щелкает переключателями, большая машина начинает гудеть, красные и голубые огни зажигаются и гаснут.
Чарли в ужасе.
Его трясет, он вырывается из стягивающих ремней.
Он начинает кричать, но Гуарино быстро заталкивает ему в рот комок марли.