Как будто знала о каких-то последствиях… Наверное, я поступил невежливо, но я повернулся и почти бегом бросился к дому.
Как будто там ждало спасение.
Тогда я понял, что с самого начала боялся ее.
И как же я был рад увидеть старину Лоэса!
И Эстер рядом с ним!.. – Дик с минуту помолчал, а потом торопливо пробормотал: – Как только я увидел ее, все стало ясно. Я влюбился.
Макферлейн мгновенно представил Эстер Лоэс.
Однажды он слышал, как о ней сказали:
«Шесть футов и дюйм библейских совершенств». –
«Точно сказано», – подумал он, вспоминая ее необычный рост в сочетании со стройностью, мраморную белизну лица, изящный с горбинкой нос, черный блеск волос и глаз.
Неудивительно, что Дикки, с его мальчишеским простодушием, был сражен.
Сердце самого Макферлейна ни разу не зачастило при виде Эстер, хотя он и признавал все великолепие ее красоты.
– А затем, – продолжал Дик, – мы обручились.
– Как, сразу?
– Ну, примерно через неделю.
И еще две недели понадобилось, чтобы она поняла, насколько ей все это не нужно… – Он горько усмехнулся. – Итак, наступил последний вечер перед моим возвращением на корабль.
Я шел из деревни через лес и тут увидел ее, миссис Хаворт то есть.
В красном шотландском берете – знаешь, я прямо-таки подпрыгнул!
Я ведь рассказывал тебе о своем сне, так что ты поймешь… Некоторое время мы шли рядом.
Мы не сказали ни слова, которого нельзя было бы повторить при Эстер, понимаешь?
– Да? – Макферлейн с интересом взглянул на друга.
Странно, к чему люди рассказывают о вещах, в которых сами до конца не разобрались!
– И когда я направился обратно к дому Эстер, миссис Хаворт остановила меня.
Она сказала:
«Совсем скоро вы будете там.
Лучше бы вам не спешить так…» Вот теперь я уже знал, что меня ждет нечто ужасное, и… как только я вошел, Эстер встретила меня и сказала, что она передумала, ей действительно все это ни к чему…
Макферлейн сочувственно хмыкнул.
– Ну и что же миссис Хаворт? – спросил он.
– Больше я ее не видел… До сегодняшнего вечера…
– Сегодняшнего?
– Да, на приеме в клинике.
Они осматривали мою ногу, поврежденную во время несчастного случая с торпедой.
Она немного беспокоила меня в последнее время.
Старина доктор посоветовал мне сделать операцию – совсем пустяковую.
А когда я выходил, то столкнулся с девушкой в красной кофточке поверх халата, которая сказала:
«Лучше бы вам не соглашаться на операцию…» И тогда я увидел, что это миссис Хаворт.
Она прошла так быстро, что я не успел остановить ее.
Я расспрашивал о миссис Хаворт у другой сестры.
Но она ответила, что с такой фамилией у них никто не работает… Странно…
– А ты уверен, что это была она?
– О да, понимаешь, она так красива… – Он помолчал и добавил: – Конечно, я пойду на операцию, но… но если я вдруг вытяну не ту карту…
– Что за ерунда!
– Конечно, чушь.
Но все же я рад, что рассказал тебе обо всей этой цыганщине… Знаешь, есть в ней еще что-то, если бы я только мог вспомнить…
Макферлейн поднимался по крутой, заросшей вереском дороге.
Он повернул к воротам дома, стоявшего почти на вершине холма.
Крепко стиснув зубы, он нажал на кнопку звонка.
– Миссис Хаворт дома?
– Да, сэр, я доложу.
Служанка оставила его в длинной, узкой комнате, выходящей окнами на вересковую пустошь.
Макферлейн слегка нахмурился.