– И уронили платок?
Щеки ее страдальчески заалели, она не ответила.
– Тогда вы его запачкали? – продолжал наступать коронер.
– Ничего не знаю о том, что платок запачкан.
Что с ним? Позвольте взглянуть.
– Секундочку.
Сначала мы хотим узнать, как он попал в комнату мистера Ливенворта.
– Мало ли как… Я могла оставить его там три дня назад.
Говорю же вам, я часто бывала у дяди.
Но сначала позвольте проверить, мой ли это платок.
И она протянула руку.
– Как мне сказали, у него на уголке вышиты ваши инициалы, – заметил коронер, когда мистер Грайс передал ей платок.
Но она полным ужаса голосом прервала его:
– Пятна!
Что это?
Это похоже на…
– На то, чем они являются, – сказал коронер. – Если вы когда-нибудь чистили пистолет, то должны знать, что это, мисс Ливенворт.
Она выпустила платок из рук и смотрела, как он упал на пол.
– Господа, я ничего не знаю об этом.
Джентльмены, – сказала она, – это мой платок, но… – По какой-то причине она не закончила предложение, но потом решительно повторила: – Да, я ничего об этом не знаю!
На этом допрос завершился.
После этого вызвали Кейт, кухарку, и спросили, когда она последний раз стирала платок.
– Этот, сэр? Этот платок?
О, на этой неделе, сэр, – ответила она, бросив извиняющийся взгляд на хозяйку.
– В какой день?
– Я бы хотела забыть, мисс Элеонора, но не могу.
Во всем доме только один такой платок.
Я стирала его позавчера.
– Когда вы его гладили?
– Вчера утром, – ответила она срывающимся голосом.
– А когда отнесли его в комнату?
Кухарка закрыла лицо фартуком.
– Вчера днем, с остальной одеждой, перед самым ужином.
Простите меня, мисс Элеонора, – прошептала она, – но это правда.
Элеонора Ливенворт нахмурилась.
Эти несколько противоречивые показания заметно обеспокоили ее, и когда через секунду коронер, отпустив свидетельницу, повернулся к ней и поинтересовался, хочет ли она что-то добавить или объяснить, вскинула руки, медленно покачала головой и, не издав ни звука, без чувств упала на стул.
Разумеется, последовало всеобщее волнение, и я обратил внимание на то, что Мэри не поспешила к сестре, а оставила ее заботам Молли и Кейт.
Через несколько секунд, приведя мисс Элеонору в чувство, они смогли увести ее из комнаты.
Когда они это сделали, какой-то долговязый мужчина встал и последовал за ними.
Воцарилась тишина, впрочем, быстро нарушившаяся звуками нетерпеливого движения, когда маленький присяжный поднялся и предложил на сегодня закончить разбирательство.
Это совпадало с мнением коронера, и он объявил, что слушание продолжится завтра в три часа, когда, надеялся он, соберутся все присяжные.
Последовало всеобщее движение, и через несколько минут комната опустела, остались только мисс Ливенворт, мистер Грайс и я.
Глава 9 Открытие
Его беспокойные глаза ни на миг не останавливались, Но бегали из стороны в сторону из страха перед затаенным злом. Глядя сквозь закрывающее лицо забрало, Он шел вперед.
Эдмунд Спенсер. Королева духов
Мисс Ливенворт, которая, по-видимому, задержалась из-за неосознанного страха перед всем и вся в доме, чего не могла увидеть собственными глазами, отшатнулась от меня, как только оказалась в сравнительном одиночестве, и, забившись в дальний угол, предалась печали.
Поэтому, обратив внимание на мистера Грайса, я увидел, что он усердно пересчитывает пальцы у себя на руках с беспокойным выражением лица, которое могло или не могло быть вызвано именно этим трудоемким занятием.
Однако когда я подошел, он, вероятно, удовлетворенный тем, что пальцев у него не больше и не меньше, чем нужно, опустил руки и встретил меня слабой улыбкой, которая, принимая во внимание все обстоятельства, была слишком многозначительной, чтобы быть приятной.
– Что ж, – сказал я, остановившись перед ним, – я не вправе вас винить.
Вы имели полное право поступать так, как считали правильным, но неужели у вас нет сердца?