Тогда следы на постели не мог оставить Клинкер, в таком случае в десять тридцать Эштон не мог быть на том месте, где позже нашли его тело.
Да, но так как он определенно был убит в десять тридцать, становится очевидным, что он был убит в каком-то другом месте.
В этом случае следы должны быть оставлены другим котом или кошкой, не Клинкером.
Додумавшись до этого, я вдруг понял, как важно знать о каждой минуте Клинкера, начиная с того момента, когда Кин взял его из дома.
Я не мог придумать ничего лучшего, чем взять кота себе и держать там, где убийца не сможет его найти.
— Почему, — спросил Траслов, — вы хотите доказать, что именно этого кота, Клинкера, взял из дому ваш клиент?
— Потому что, — сказал Мейсон, — Клинкер — единственный кот в округе.
Более того, Клинкер разгонял других котов по соседству.
Поэтому, если Кин говорит правду, тело Эштона должны были привезти в дом после того, как он был убит. Для того чтобы подумали, будто Эштона убили в постели, и чтобы возбудить подозрение против Дугласа Кина, кто-то должен был выйти ночью, найти кота, принести его в дом, посадить этого кота в кровать, где лежало тело Эштона — кстати, чувствительный нос кота должен был различить там запах Клинкера, — и заставить кота наследить на покрывале.
Если так и было, любой, кто знаком с кошачьими повадками, поймет, что кот должен был сопротивляться и что в результате такого сопротивления на руках убийцы остались глубокие царапины.
А потому я осмотрел всех подозреваемых, чтобы найти у кого оцарапаны руки.
Когда я обнаружил этого человека, я узнал, что он решил скрыть эти царапины, добавив к ним новые при обстоятельствах, которые объяснили бы наличие царапин на руках. Скажем, раскопки вокруг розового куста, очевидно, в попытке разыскать сокровища. Это сделано явно не для того, чтобы найти состояние в миллион долларов.
Вот я и пришел к выводу, что раскопки делались единственно с целью оправдать царапины на руках, уверяя, что это из-за шипов розы.
Глаза Траслова почти выскочили из орбит.
— Вы думаете — Фрэнк Оуфли?
Но Фрэнк Оуфли был с Эдит де Во в то время, когда убили Чарльза Эштона.
— Да, — сказал Мейсон.
— Я не прерывал допроса только потому, что хотел услышать это утверждение из его собственных уст. Эштон был убит вовсе не в своей постели, а в квартире Эдит де Во.
Это единственное возможное объяснение фактам дела.
Вспомните: Эштон был хилым и высохшим стариком, а дорожка для машин проходит прямо у окна над его кроватью.
Сильный человек легко мог бы опустить тело Эштона в окно.
— Минутку, — Траслов вдруг осознал происходящее.
— Ведь вы находитесь на свидетельском месте, а начинаете объяснять дело.
— Вызванный как свидетель обвинения, — любезно пояснил Мейсон, — я пытаюсь ответить на ваш вопрос и объяснить, зачем я взял кота из закусочной Уинифред Лекстер и спрятал там, где ни одна из сторон не могла его найти, пока его не взяла полиция.
А для того чтобы полиция его сохранила, я заставил полицию поверить, будто, захватив кота, они могут нанести ущерб моему клиенту и, возможно, помешать моей деятельности как адвоката.
Судья Пеннимейкер сказал с улыбкой:
— Я думаю, адвокат Мейсон дает спорный ответ, но суд, безусловно, выслушает его.
Продолжайте объяснение, мистер Мейсон.
— Я был уверен, — Перри Мейсон повернулся к суду, — что Питер Лекстер не умер.
Судья Пеннимейкер тряхнул головой, приводя свои чувства в порядок.
— Уверены в чем? — переспросил он.
— В том, что Питер Лекстер не умер.
Все указывало на то, что Эдит де Во и Фрэнк Оуфли замышляли лишить его жизни, напустив угарного газа в его спальню.
Расследование показывает, что Чарльз Эштон, привратник, бывший преданным слугой, получил от Питера Лекстера большую сумму денег и знаменитые колтсдорфские бриллианты, отданные ему на сохранение. Причиной было то, что Питер Лекстер заранее знал: его дом сгорит.
Иными словами — или Питер Лекстер или Чарльз Эштон знали о том, что кто-то предпримет попытку убийства.
Эдит де Во говорила мне, что это сделал Сэм Лекстер, но я склонен полагать, что это была часть заранее продуманного плана, по которому она и Фрэнк Оуфли сговорились убить Питера Лекстера, а затем, обвинив в убийстве Сэма, лишить его доли наследства, оставив единственным наследником Фрэнка Оуфли.
Питер Лекстер решил предоставить заговорщикам возможность осуществить их план.
Он решил исчезнуть, но у него были и другие причины к этому.
Возможно, одной из причин было желание показать Уинифред Лекстер, как будут себя вести два претендента на ее любовь, если она окажется лишенной наследства.
И вот Эштон, привратник, доверенное лицо Питера Лекстера, отправился в благотворительную больницу.
Он нашел там некоего Уотсона Кламмерта, умирающего, человека без родственников и без собственности.
Эштон предоставил этому человеку лучшую медицинскую помощь, заранее зная, что случай безнадежный.
Он таким образом заставил врачей поверить в родство с больным, так что не возникло никаких вопросов, когда Эштон впоследствии взял тело.
Без сомнения, заговорщики ждали удобного случая для выполнения своего плана, а Питер Лекстер лишал их такой возможности, пока не закончил свои приготовления — достал тело и взял капитал наличными, чтобы мнимые наследники не захватили наследство.
Уотсон Кламмерт имел водительские права и документы, так что Питеру Лекстеру было легче принять имя Уотсона Кламмерта, нежели совсем новое.
Когда все было готово, он дал заговорщикам сжечь загородный дом. Напустив в спальню угарного газа, они устроили пожар, потом предъявили завещание, а Питер Лекстер смотрел на них со стороны и смеялся над ними.
Вы понимаете, ваша честь, что я сейчас привожу доводы, которые не имеют отношения к моим действиям.
Все это допущения, но допущения разумные.
Поскольку Оуфли не присутствовал там, где нашли тело Эштона, в то время, когда Эштон был убит, у него есть алиби.
На самом же деле ничто не говорит о том, что Эштон был убит в том самом месте, где нашли его тело.