— Хорошо, завтра приходите ко мне. — Мейсон повесил трубку.
Он состроил легкую гримасу, поворачиваясь к сыщику.
— Ох уж эти мне кошачьи дела, — сказал он. — Не стоят они таких хлопот.
Попробуем разыскать окружного прокурора.
— Похоже, что совесть у твоего клиента нечиста? — спросил Дрейк.
— У моих клиентов не бывает нечистой совести, Пол, — пожал плечами Мейсон.
— Кроме того, не забывай, что мой настоящий клиент — кот.
— Конечно, — хмыкнул Дрейк. — Но, отвлекаясь от главного, хотел бы я знать, где Эштон взял деньги… Слушай, Перри, начинается дождь.
Если надо ехать, я бы хотел взять свою машину.
Отыскивая в справочнике номер окружного прокурора, Мейсон сказал:
— Очень жаль, Пол, нам в самом деле придется ехать, но у тебя нет возможности взять свою машину — мы спешим.
Поедем на моей, с откидным верхом.
— Этого я и боялся, — простонал Дрейк.
— Ты на ней мчишься по мокрым дорогом, как дьявол.
6
Во внешности Гамильтона Бергера, окружного прокурора, было что-то от огромного медведя.
Прокурор был широк в плечах, с толстой шеей, а когда он двигал руками, под кожей ходуном ходили великолепные мускулы.
— Вы же знаете, Мейсон, — сказал он, — я рад каждой возможности сотрудничать с вами.
Я вам уже говорил и снова повторю, что всегда боюсь обвинить невиновного, но не люблю, чтоб меня дурачили.
Мейсон сидел молча.
Пол Дрейк, развалившись на стуле и широко расставив ноги, устремил стеклянные глаза на носки своих ботинок.
При этом он умудрялся выглядеть усталым. Бергер начал нервно шагать по комнате.
Он слегка повернул голову — как медведь, который принюхивается к ветру, — и сказал:
— Вы хороший адвокат, Мейсон.
Перри Мейсон сидел молча.
Бергер повернулся на каблуках, пошел в другую сторону и продолжил, бросая слова через плечо:
— Но сыщик из вас лучше, чем адвокат.
Когда вы настраиваете мозги на решение загадки, вы докапываетесь до истины.
Однако это не мешает вам защищать клиентов-преступников.
Мейсон не ответил.
Бергер совершил еще круг, потом внезапно остановился лицом к лицу с Мейсоном и поднял указательный палец:
— Если мои служащие узнают, что я собираюсь действовать на основании той информации, которую мне предоставили вы, они решат, что вы просто загребаете жар моими руками.
— Вот потому, — сказал Мейсон, — я пришел к вам лично, а не к вашим помощникам.
Удобный случай для вас кое-что прояснить и показать, что нечто, казавшееся несчастным случаем, — на самом деле преднамеренное убийство.
Я не прошу для себя ничего.
Я даю вам шанс.
Вы можете его использовать, или нет.
Я этим интересуюсь исключительно ради кота. И, если хотите знать, мой гонорар — всего десять долларов.
Бергер достал сигару из жилетного кармана, надкусил кончик зубами, зажег спичку о кирпич камина и пустил клуб дыма.
— Хорошо, — вздохнул он.
— Сегодня как раз дежурит доктор Джейсон.
Я скажу ему.
Если он найдет дело стоящим, мы начнем расследование.
К тому времени, как дело получит огласку, я решу, взяться мне за него или устраниться.
Перри Мейсон зажег сигарету.
— Извините, — сказал Бергер, — я приглашу доктора Джейсона и позвоню Тому Глассмену, моему старшему следователю, вызову его прямо сейчас.
Когда закрылась дверь за прокурором, Пол Дрейк повернул к Мейсону свое лицо, выражавшее обычный для него бесхитростный юмор.
— Я заметил, что ты ничего не сказал ему о том, как внезапно разбогател твой клиент Чарльз Эштон.
— Я старался обратить внимание на факты, которые имеют отношение к убийству, — объяснил Мейсон.
Дрейк снова принялся созерцать свои ботинки.