— Кто это сделал? — Она вся напряглась.
— Не знаю.
— А что думает полиция?
— Не знаю.
Не уверен, что им это уже известно.
— А что они подумают, когда до этого доберутся?
— В привратнике заинтересованы несколько лиц.
Есть основания предполагать, что у него было около миллиона долларов наличными.
Часть их, возможно, заперта в банковском сейфе.
За миллион люди многое готовы сделать.
И есть еще ценные бриллианты, которые тоже могут находится у Эштона.
Я приметил зеленый паккард, который следил за Эштоном у нашей конторы.
Он стоит в гараже городского дома Питера Лекстера.
— Кого мы защищаем?
— Юного друга девушки, которая владеет закусочной.
— Контракт есть?
— Ты любишь вафли? — ответил он вопросом на вопрос.
— Слушай, шеф. — В глазах ее мелькнуло беспокойство. — Ты ведь не станешь без гонорара влезать в дело об убийстве?
— Кажется, я уже сделал это.
— Ну почему ты не сидишь в конторе и не ждешь, чтобы клиенты после ареста сами к тебе обращались, а потом ты защищал бы их в суде.
Вечно ты выскакиваешь… Откуда у тебя этот кот?
— Мне его дали.
— Кто?
— Девушка, умеющая замечательно готовить вафли.
Но об этом тебе полагается забыть.
— Ты что — хочешь, чтобы я оставила кота здесь?
— Вот именно.
— Тайно?
— По возможности.
А если у тебя есть подруга, которая может его приютить, это было бы еще лучше.
Полиция будет его искать.
Полагаю, он будет фигурировать в деле.
— Умоляю, шеф, — сказала она, — не рискуй своей профессиональной репутацией, не ввязывайся в это дело.
Уедем.
Уплывем на Восток.
Когда будут арестованные, появляйся и защищай кого хочешь, но не ввязывайся в это дело.
Глаза Перри Мейсона стали ласковыми, почти отцовскими.
Он взял ее руку и погладил.
— Делла, — сказал он, — хорошая ты девушка.
Но мне не суждено то, чего ты хочешь.
На этом лайнере я мог бы наслаждаться дня три, а потом с ума сошел бы от безделья.
Я буду работать так, что освобожусь от этого дела гораздо быстрее, чем от путешествия на Восток.
— Значит, собираешься заняться делом привратника?
— Я уже им занимаюсь.
— Думаешь, этого твоего подзащитного будут обвинять в убийстве?
— Возможно.
— Он тебе ничего не заплатил?
— К черту деньги! — Мейсон нетерпеливо тряхнул головой.
— Если в убийстве обвиняют богатого, я хочу получить с него жирный кусок.
Если же хорошие люди попали в беду и их обвиняют в убийстве, которого они не совершали, я должен доказать ложность обвинения.