— Нет, сэр, — согласился Томас.
— Относительно ленча, сэр…
— Нам придется заплатить за него, — мрачно произнес Пит.
— У меня в кармане всего сорок центов, Томас, и по крайней мере Артур не должен голодать.
Дейзи это не понравится.
Ну-ка посмотрим!
Он отошел от стола и окинул лабораторию сердитым взглядом.
Ее никак нельзя было назвать уютной.
В углу стояла странная штука из железных прутьев примерно в четыре фута высотой, похожая на скелет.
Томас сказал, что это тессеракт — модель куба, находящаяся в четырех измерениях вместо обычных трех.
Питу она больше напоминала средневековое орудие пыток — подходящее доказательство в теологическом диспуте с еретиком.
Пит не мог себе представить, чтобы этот тессеракт мог понравиться кому-либо, кроме его дяди.
Кругом валялись детали приборов самых разных размеров, по большей части разобранных.
Они выглядели как результат усилий человека, потратившего огромное количество денег и терпения на сооружение чего-то, что будет после завершения никому не нужно.
— Здесь даже нечего заложить в ломбард, — подавленно заметил Пит.
— Ничего даже отдаленно похожего на шарманку, если Артур согласится исполнять роль мартышки.
— У нас есть демонстратор, сэр, — с надеждой в голосе напомнил Томас.
— Ваш дядя закончил его, сэр, он действовал, и вашего дядю хватил удар, сэр.
— Очень весело! — сказал Пит.
— Что же это за демонстратор?
Что он демонстрирует?
— Видите ли, сэр, он демонстрирует четвертое измерение, — сообщил Томас.
— Ваш дядя посвятил ему всю свою жизнь, сэр.
— Тогда давай-ка посмотрим на него, — сказал Пит.
— Может быть, мы заработаем на жизнь, демонстрируя четвертое измерение в витринах магазинов с рекламными целями.
Томас торжественно подошел к занавеси, протянутой позади письменного стола.
Пит думал, что за ней спрятан буфет.
Томас отодвинул занавесь, и там оказался огромный аппарат, единственным достоинством которого была завершенность.
Перед глазами Пита предстала чудовищная бронзовая подкова целых семи футов высотой.
По-видимому, она была полой и наполнена множеством таинственных колесиков и шестеренок.
В ее основании находилась стеклянная пластинка в дюйм толщиной, судя по всему, вращающаяся.
Еще ниже, в свою очередь, было расположено массивное основание, к которому тянулись медные трубки от рефрижераторного устройства холодильника.
Томас повернул выключатель, и аппарат загудел.
Пит смотрел на него.
— Ваш дядя много говорил о нем, сэр, — сказал Томас.
— Это подлинный научный триумф, сэр.
Видите ли, сэр, четвертое измерение — это время.
— Приятно слышать простые объяснения, — сказал Пит.
— Спасибо, сэр.
Насколько я понимаю, сэр, если бы кто-то ехал на автомобиле и увидел, как прелестная девушка вот-вот наступит на шкурку от банана, сэр, и если бы он захотел предупредить ее, так сказать, но не сообразил до того, как прошло, скажем, две минуты, во время которых он проехал полмили…
— Прелестная девушка наступила бы на банановую шкурку, и дальше все пошло бы по природным законам, — продолжал Пит.
— Если бы не было этого демонстратора, сэр.
Видите ли, чтобы предупредить девушку, ему понадобится вернуться на полмили назад, а также и во времени, иначе будет слишком поздно, сэр.
То есть придется возвращаться не только на полмили, но и на две минуты.
И поэтому ваш дядя, сэр, построил этот демонстратор…
— Чтобы он мог справиться с подобной ситуацией, когда она возникает, — закончил за него Пит.
— Понятно!
Однако боюсь, что эта машина не решит наших финансовых затруднений.
Холодильная установка перестала гудеть.
Томас торжественно чиркнул спичкой.