Бедная девочка на двадцать втором году покончила с собой.
Все время, пока я искал преступников, у меня постепенно вызревал план.
Теперь он был закончен, и завершающим штрихом к нему послужил мой визит к одному врачу с Харли-стрит.
Я уже упоминал, что перенес операцию.
Врач уверил меня, что вторую операцию делать не имеет смысла.
Он разговаривал со мной весьма обтекаемо, но от меня не так-то легко скрыть правду.
Я понял, меня ждет долгая мучительная смерть, но отнюдь не намеревался покорно ждать конца, что, естественно, утаил от врача.
Нет, нет, моя смерть пройдет в вихре волнений.
Прежде чем умереть, я наслажусь жизнью.
Теперь раскрою вам механику этого дела.
Остров, чтобы пустить любопытных по ложному следу, я приобрел через Морриса.
Он блестяще справился с этой операцией, да иначе и быть не могло: Моррис собаку съел на таких делах.
Систематизировав раздобытые мной сведения о моих будущих жертвах, я придумал для каждого соответствующую приманку.
Надо сказать, что все без исключения намеченные мной жертвы попались на удочку.
Приглашенные прибыли на Негритянский остров 8 августа.
В их числе был и я.
С Моррисом я к тому времени уже расправился.
Он страдал от несварения желудка.
Перед отъездом из Лондона я дал ему таблетку и наказал принять на ночь, заверив, что она мне чудо как помогла.
Моррис отличался мнительностью, и я не сомневался, что он с благодарностью последует моему совету.
Я ничуть не опасался, что после него останутся компрометирующие бумаги или записи.
Не такой это был человек.
Мои жертвы должны были умирать в порядке строгой очередности — этому я придавал большое значение.
Я не мог поставить их на одну доску — степень вины каждого из них была совершенно разная.
Я решил, что наименее виновные умрут первыми, дабы не обрекать их на длительные душевные страдания и страх, на которые обрекал хладнокровных преступников.
Первыми умерли Антони Марстон и миссис Роджерс; Марстон — мгновенно, миссис Роджерс мирно отошла во сне.
Марстону, по моим представлениям, от природы не было дано то нравственное чувство, которое присуще большинству из нас.
Нравственность попросту не существовала для него: язычником, вот кем он был.
Миссис Роджерс, и в этом я совершенно уверен, действовала в основном под влиянием мужа.
Нет нужды подробно описывать, как умерли эти двое.
Полиция и сама без особого труда установила бы, что послужило причиной их смерти.
Цианистый калий раздобыть легко — им уничтожают ос.
У меня имелся небольшой запас этого яда, и, воспользовавшись общим замешательством, наставшим после предъявленных нам обвинений, я незаметно подсыпал яд в почти опорожненный стакан Марстона.
Хочу добавить, что я не спускал глаз с лиц моих гостей, пока они слушали предъявленные им обвинения, и пришел к выводу, что они все без исключения виновны: человек с моим опытом просто не может ошибиться.
От страшных приступов боли, участившихся в последнее время, мне прописали сильное снотворное — хлоралгидрат.
Мне не составило труда накопить смертельную дозу этого препарата.
Роджерс принес своей жене коньяк, поставил его на стол, проходя мимо, я подбросил снотворное в коньяк.
И опять все прошло гладко, потому что в ту пору нами еще не овладела страшная подозрительность.
Генерал Макартур умер без страданий.
Он не слышат, как я подкрался к нему.
Я тщательно продумал, когда мне уйти с площадки так, чтобы моего отсутствия никто не заметил, и все прошло прекрасно.
Как я и предвидел, смерть генерала побудила гостей обыскать остров. Они убедились, что, кроме нас семерых, никого на острове нет, и в их души закралось подозрение.
Согласно моему плану, на этом этапе мне нужен был сообщник.
Я остановил свой выбор на Армстронге.
Он произвел на меня впечатление человека легковерного, кроме того, он знал меня в лицо, был обо мне наслышан и ему просто не могло прийти в голову, что человек с моим положением в обществе может быть убийцей.
Его подозрения падали на Ломбарда, и я сделал вид, что разделяю их.
Я намекнул ему, что у меня есть хитроумный план, благодаря которому мы сможем, заманив преступника в ловушку, изобличить его.
Хотя к этому времени комнаты всех гостей были подвергнуты обыску, личный обыск еще не производился.
Но я знал, что его следует ожидать с минуты на минуту.
Роджерса я убил утром 10 августа.