— Ничего не могу вам сообщить, сэр, я его никогда не видел.
Гости заволновались.
— Никогда не видели его? — спросил генерал Макартур.
— Что же все это значит?
— Мы с женой здесь всего неделю.
Нас наняли через агентство. Агентство «Регина» в Плимуте прислало нам письмо.
Блор кивнул.
— Старая почтенная фирма, — сообщил он.
— У вас сохранилось это письмо? — спросил Уоргрейв.
— Письмо, в котором нам предлагали работу?
Нет, сэр.
Я его не сохранил.
— Ну, что же, продолжайте.
Вы утверждаете, что вас наняли на работу письмом.
— Да, сэр.
Нам сообщили, в какой день мы должны приехать.
Так мы и сделали.
Дом был в полном порядке.
Запасы провизии, налаженное хозяйство.
Нам осталось только стереть пыль.
— А дальше что?
— Да ничего, сэр.
Нам было велено — опять же в письме — приготовить комнаты для гостей, а вчера я получил еще одно письмо от мистера Онима.
В нем сообщалось, что они с миссис Оним задерживаются, и мы должны принять гостей как можно лучше. Еще там были распоряжения насчет обеда, а после обеда, когда я буду обносить гостей кофе, мне приказали поставить пластинку.
— Но хоть это письмо вы сохранили? — раздраженно спросил судья.
— Да, сэр, оно у меня с собой.
Он вынул письмо из кармана и протянул судье.
— Хм, — сказал судья, — отправлено из
«Ритца» и напечатано на машинке.
— Разрешите взглянуть? — кинулся к судье Блор.
Выдернул письмо из рук судьи и пробежал его.
— Пишущая машинка «Коронейшн», — пробурчал он.
— Новехонькая — никаких дефектов.
Бумага обыкновенная, на такой пишут все.
Письмо нам ничего не дает.
Вряд ли на нем есть отпечатки пальцев.
Уоргрейв испытующе посмотрел на Блора.
Антони Марстон — он стоял рядом с Блором — разглядывал письмо через его плечо:
— Ну и имечко у нашего хозяина.
Алек Норман Оним.
Язык сломаешь.
Судья чуть не подскочил.
— Весьма вам признателен, мистер Марстон, — сказал он.
— Вы обратили мое внимание на любопытную и наталкивающую на размышления деталь, — обвел глазами собравшихся и, вытянув шею, как разъяренная черепаха, сказал: — Я думаю, настало время поделиться друг с другом своими сведениями.
Каждому из нас следует рассказать все, что он знает о хозяине дома, — сделал паузу и продолжал: — Все мы приехали на остров по его приглашению.
Я думаю, для всех нас было бы небесполезно, если бы каждый объяснил, как он очутился здесь.
Наступило молчание, но его чуть не сразу же нарушила Эмили Брент.
— Все это очень подозрительно, — сказала она.
— Я получила письмо, подписанное очень неразборчиво.
Я решила, что его послала одна женщина, с которой познакомилась на курорте летом года два-три тому назад.