— Прикажете начинать или еще немного подождем? — обратился к мисс Брент Роджерс.
— Генерал Макартур сидит у самого моря, — сказала Вера.
— Думаю, он не слышал гонг, и потом, он сегодня не в себе.
— Я схожу, сообщу ему, что ленч на столе, — предложил Роджерс.
— Я схожу за ним, — сказал Армстронг, — а вы приступайте к завтраку.
Выходя из комнаты, он слышал, как Роджерс говорит Эмили Брент:
Что прикажете положить — язык или ветчину?
Как ни старались оставшиеся за столом пятеро, им никак не удавалось поддержать разговор.
Резкий ветер бился в окно.
Вера вздрогнула. — Надвигается шторм, — сказала она.
— Вчера из Плимута со мной в одном поезде ехал старик, — поддержал разговор Блор.
— Он все время твердил, что надвигается шторм.
Потрясающе, как они угадывают погоду, эти старые моряки.
Роджерс обошел гостей, собирая грязные тарелки.
Вдруг остановился на полпути со стопкой тарелок в руках.
— Сюда кто-то бежит, — испуганно сказал он не своим голосом.
Они услышали топот.
И тут же, хотя им никто ничего не говорил, все поняли… Будто по чьему-то знаку, они встали, уставились на дверь.
В комнату ворвался запыхавшийся доктор Армстронг.
— Генерал Макартур… — сказал он.
— Мертв! — вырвалось у Веры.
— Да, он мертв, — сказал Армстронг.
Воцарилось молчание — долгое молчание.
Семь человек смотрели друг на друга, не в силах произнести ни слова.
Тело генерала вносили в дверь, когда разразился шторм.
Гости сгрудились в холле.
И тут раздался вой и свист ветра — на крышу дома обрушились потеки воды.
Блор и Армстронг направлялись со своей ношей к лестнице, как вдруг Вера Клейторн резко повернулась и кинулась в опустевшую столовую.
Там все оставалось на своих местах — нетронутый десерт стоял на буфете.
Вера подошла к столу.
Постояла минуту-две, и тут в комнату неслышными шагами вошел Роджерс.
Увидев ее, он вздрогнул.
Посмотрел на нее вопросительно и сказал:
— Я… я… пришел только посмотреть, мисс.
— Вы не ошиблись, Роджерс. Глядите: их всего семь, — сказала Вера неожиданно охрипшим голосом.
Тело Макартура положили на постель.
Осмотрев труп, Армстронг вышел из спальни генерала и спустился вниз.
Все сошлись в гостиной — ждали его.
Мисс Брент вязала.
Вера Клейторн стояла у окна и глядела на потоки ливня, с шумом обрушивавшиеся на остров. Блор сидел в кресле, не касаясь спинки, тяжело опустив руки на колени.
Ломбард беспокойно шагал взадвперед по комнате.
В дальнем конце комнаты утонул в огромном кресле судья Уоргрейв.
Глаза его были полуприкрыты.
Когда доктор вошел в комнату, судья поднял на него глаза и спросил:
— Что скажете, доктор?
Армстронг был бледен.
— О разрыве сердца не может быть и речи, — сказал он.
— Макартура ударили по затылку дубинкой или чем-то вроде этого.
Все зашептались, раздался голос судьи: — Вы нашли орудие убийства?
— Нет.