И этот тоже глуп».
— Не забывайте, троих уже убили.
— Все так.
Но вы, в свою очередь, не забывайте: они не знали, что их жизнь в опасности.
А мы знаем.
Армстронг с горечью сказал:
— Что мы можем сделать?
Раньше или позже…
— Я думаю, — сказал судья Уоргрейв, — кое-что мы все же можем.
— Ведь мы даже не знаем, кто убийца, — возразил Армстронг.
Судья потрогал подбородок. — Я бы этого не сказал, — пробормотал он.
— Уж не хотите ли вы сказать, что догадались? — уставился на него Армстронг.
— Я признаю, что у меня нет настоящих доказательств, — уклончиво ответил судья, — таких, которые требуются в суде.
Но, когда я вновь перебираю факты, мне кажется, что все нити сходятся к одному человеку.
Армстронг снова уставился на судью.
— Ничего не понимаю, — сказал он.
Мисс Брент — она была в своей спальне наверху — взяла Библию и села у окна.
Открыла Библию, но после недолгих колебаний отложила ее и подошла к туалетному столику.
Вынула из ящика записную книжку в черной обложке и написала:
Случилось нечто ужасное.
Погиб генерал Макартур. (Его двоюродный брат женат на Элси Макферсон). Нет никаких сомнений в том, что его убили.
После ленча судья произнес замечательную речь.
Он убежден, что убийца — один из нас.
Значит, один из нас одержим диаволом.
Я давно это подозревала.
Но кто это?
Теперь все задаются этим вопросом.
И только я знаю, что…
Несколько секунд она сидела, не двигаясь, глаза ее потускнели, затуманились.
Карандаш в ее руке заходил ходуном.
Огромными каракулями она вывела: …убийцу зовут Беатриса Тейлор…
Глаза ее закрылись.
Но тут же она вздрогнула и проснулась.
Посмотрела на записную книжку и, сердито вскрикнув, пробежала кривые каракули последней фразы.
«Неужели это я написала? — прошептала она.
— Я наверное, схожу с ума».
Шторм крепчал.
Ветер выл, хлестал по стенам дома.
Все собрались в гостиной.
Сидели, сбившись в кучку, молчали.
Исподтишка следили друг за другом.
Когда Роджерс вошел с подносом, гости буквально подскочили.
— Вы позволите задернуть занавески? — спросил Роджерс.
— Так здесь будет поуютней.
Получив разрешение, он задернул занавески и включил свет.
В комнате и впрямь стало уютней.
Гости повеселели; ну, конечно же, завтра шторм утихнет… придет лодка… Вера Клейторн сказала:
— Вы разольете чай, мисс Брент?
— Нет, нет, разлейте вы, милочка.
Чайник такой тяжелый.