И потом я очень огорчена — я потеряла два мотка серой шерсти.
Экая досада.
Вера перешла к столу.
Раздалось бодрое позвякиванье ложек, звон фарфора.
Безумие прошло.
Чай!
Благословенный привычный ежедневный чай!
Филипп Ломбард пошутил.
Блор засмеялся.
Доктор Армстронг рассказал забавный случай из практики.
Судья Уоргрейв — обычно он не пил чая — с удовольствием отхлебывал ароматную жидкость.
Эту умиротворенную обстановку нарушил приход Роджерса.
Лицо у дворецкого было расстроенное.
— Простите, — сказал он, ни к кому не обращаясь, — но вы не знаете, куда девался занавес из ванной комнаты?
Ломбард вскинул голову:
— Занавес?
Что это значит, Роджерс?
— Он исчез, сэр, ну прямо испарился.
Я убирал ванные, и в одной убор… то есть ванной, занавеса не оказалось.
— А сегодня утром он был на месте? — спросил судья.
— Да, сэр.
— Какой он из себя? — осведомился Блор.
— Из прорезиненного шелка, сэр, алого цвета.
В тон алому кафелю.
— И он пропал? — спросил Ломбард.
— Пропал.
— Да ладно. Что тут такого? — ляпнул Блор.
— Смысла тут нет, но его тут и вообще нет.
Убить занавесом нельзя, так что забудем о нем, сир, — сказал Роджерс.
— Да, сэр. Благодарю вас, — и вышел, закрыв за собой дверь.
В комнату вновь вполз страх.
Гости опять стали исподтишка следить друг за другом.
Наступил час обеда — обед подали, съели, посуду унесли.
Нехитрая еда, в основном из консервных банок.
После обеда в гостиной наступило напряженное молчание.
В девять часов Эмили Брент встала.
— Я пойду спать, — сказала она.
— И я, — сказала Вера.
Женщины поднялись наверх, Ломбард и Блор проводили их.
Мужчины не ушли с лестничной площадки, пока женщины не закрыли за собой двери.
Залязгали засовы, зазвякали ключи.
— А их не надо уговаривать запираться, — ухмыльнулся Блор.
Ломбард сказал:
— Что ж, по крайней мере, сегодня ночью им ничто не угрожает.
Он спустился вниз, остальные последовали его примеру.
Четверо мужчин отправились спать часом позже.
По лестнице поднимались все вместе.
Роджерс — он накрывал на стол к завтраку — видел, как они гуськом идут вверх.
Слышал, как они остановились на площадке.
Оттуда донесся голос судьи.